«Тигры», «Пантеры» и «Ворчуны»: насколько себя оправдали новые немецкие машины в Курской битве

    Эту статью могут комментировать только участники сообщества.
    Вы можете вступить в сообщество одним кликом по кнопке справа.
    Виктор Беседин перепечатал из russian7.ru
    0 оценок, 85 просмотров Обсудить (1)

     

    «Тигры», «Пантеры» и «Ворчуны»: насколько себя оправдали новые немецкие машины в Курской битве



    В описаниях битвы на Курской Дуге обязательно присутствуют упоминания о том, что немцы к своему наступлению подготовили новые образцы техники. Но обычно ограничиваются лишь танками «Тигр» и «Пантера», и самоходной установкой «Фердинанд».

    Однако, в операции «Цитадель» было представлено гораздо больше новых образцов, причём многие из них имели гораздо большее значение. Хотя немцы не смогли одержать победу в Курской битве (и, видимо, не могли в принципе), новая техника сыграла немалую роль как под Курском, так и в последующих боевых действиях.

    Самоходные гаубицы

    Про немецкую артиллерию рассказывают крайне редко, хотя именно она всегда являлась важнейшей составляющей немецкой мощи. Как в наступлении, так и в обороне. Артиллерия подавляла оборону противника и существенно облегчала путь пехоте.

    В вермахте же, как известно, ставку делали на подвижные соединения. Но просто моторизовать артиллерию для танковых дивизий (в пехоте вся артиллерия была на конной тяге) было мало, в вермахте стремились поставить полевые гаубицы на самоходные шасси. Что позволило бы сделать артиллерию более мобильной и более эффективно сопровождать танки и мотопехоту в наступлении. Работы велись много лет, но лишь к операции «Цитадель» в войсках появились самоходные гаубицы. Во-первых, это 150-мм самоходная гаубица 15 cm schwere Feldhaubitze 18/1 (Sf) auf Geschützwagen IV. Так она называлась к началу операции «Цитадель», а позже появилось и название Hummel («Шмель»), под которым установка более широко известна. Во-вторых, 105-мм самоходная гаубица 10.5 cm leFH 18/2 (Sf) auf GW II более известная под названием Wespe («Оса»), хотя в операции «Цитадель» у неё ещё тоже не было этого имени. Эти гаубицы состояли к началу немецкого наступления на вооружении большинства немецких танковых дивизий.

    Кроме самоходных дивизионных гаубиц, была и ещё одна самоходка — Geschützwagen 38 für sIG 33/1 (Sf.), так же более известная как Grille («Кузнечик»), вооруженная тяжелым 150-мм пехотным орудием.

    Так как все эти установки в атаку не ходили (хотя их обычно включают в число танков и штурмовых орудий), а вели огонь закрытых позиций, то и потери их было невелики.

    Зато вклад их в успешное продвижение немецких войск был огромен и оценён высоко. О боевом применении этих самоходок пишет Юрий Пашолок в статьях «Длинный шмель», «Оса» и её сестры» и «Насекомое с крупным калибром».

    Бронированные «беспилотники» вермахта

    Дистанционно-управляемые танкетки появились в вермахте в самом начале Второй Мировой войны. Но всё это было на стадии фронтовых испытаний, а относительно массово, телетанкетки в бой пошли именно в операции «Цитадель».

    Все они использовались на северном фасе Курской Дуги в составе 310-го батальона телетанков (Panzerabteilung (Fkl) 301) и 600-го инженерного батальона, в котором было две роты телетанкеток (Panzer-Pionier-Kompanien (G). На вооружении первого состояли машины Schwere Ladungstrager Bogward IV (Sd.Kfz.301), на вооружении второго — Leichter Ladungstrager Goliath (Sd.Kfz.302). Действия телетанкеток немцы описывают как успешные: и в создании проходов в минных полях, и даже в атаке советских танков. Но после Курской битвы своих «боевых роботов» немцы применяли крайне редко.

    Будущие «Слоны» и Носороги»

    После Курской битвы эти машины получат имена крупных млекопитающих, но в операции «Цитадель» они были известны под названиями 8,8 cm StuK 43 Sfl L/71 Panzerjäger Tiger (P) знаменитый «Фердинанд») и 8.8 cm Panzerjäger 43/1 (L/71) Hornisse («Шершень»).

    Обе машины объединяла 88-мм длинноствольная пушка, способная поражать все имеющиеся на тот момент танки с расстояния в 1000 м.

    В Курской битве приняло участие по 90 машин обоих типов, причём все «Фердинанды» находились на северном фасе Курской Дуги. «Хорниши» же были на вооружении двух противотанковых дивизионов (560-го и 655-го) на южном фасе. Именно они породили версию, что и на южном фасе также имелись «Фердинанды», с которым у них было несомненное внешнее сходство.

    «Фердинанды» проявили себя отлично, поражая советские танки, а сами оставались практически неуязвимыми: их самыми страшными врагами оказались мины. В ходе битвы было потеряно 39 самоходных установок, и более половины подорвалась на минах. Впрочем, поскольку «Фердинанды» производить далее в любом случае не планировалось, то и от оценки их действий не зависело так много.

    Что касается «Хорнишей», то их оценка была почти негативной. Слишком слабое бронирование и малая подвижность в войсках сыграли не в их пользу. К концу августа в обоих дивизионах оставалось лишь 44 машины в исправном состоянии.

    Другое дело, что мощная пушка позволяла бороться с советскими танками, не подпуская их ближе чем на километр. И выпуск этих самоходок, чей дебют состоялся под Курском, продолжится до конца войны.

    «Медведь-ворчун»

    Штурмовой танк Sturmpanzer IV, более известен как Brummbär («Ворчун»), но это название отнюдь не немецкое, а его дали американцы. В вермахте собственное имя Brummbär имела совсем другая самоходка. В советских документах того времени эта самоходная установка обозначалась как «Медведь».

    На северном фасе Курской Дуге воевал 216-й батальон штурмовых танков, вооруженный этими машинами, всего 45 единиц.

    Штурмовые танки показали себя с самой лучшей стороны: 80-мм лобовая броня позволяла им сопровождать пехоту на поле боя, а мощная пушка уничтожать огневые точки противника. В ходе операции «Цитадель» было потеряно всего 10 «штупо» (так их называли в вермахте), причем все они либо подорвались на минах, либо завязли.

    Несмотря на это «штупо» так и не стали достаточно массовыми, в первую очередь потому, что промышленность просто не справлялась.

    «Кошки-разведчицы»

    Кроме «Тигров» и «Пантер» на Курской Дуге применялась впервые и ещё одна «кошка» поменьше (в прямом и переносном смысле). Это разведывательный танк Panzerspaehwagen II (2cm), чаще обозначаемые как Pz.Kpfw.II Ausf.L, а ещё более известный как Luchs («Рысь»). Танками этими была укомплектована всего одна роты в разведывательном батальоне 9-й танковой дивизии.

    К 17-го августа в роте из 29 машин исправных осталось лишь 5, а к 1-му сентября их числилось всего 10 (большая часть неисправна).

    И про «Тигры» с «Пантерами»

    Про «Тигры» и «Пантеры» рассказано много, но и не упомянуть нельзя. То, что «Тигр» танк, себя оправдавший, было ясно ещё до операции «Цитадель», так он уже не был в числе новинок. Под Ленинградом, конечно, «Тигры» себя проявить не могли, но они успели до Курска повоевать под Харьковом. Другое дело, что полутора сотен этих танков было маловато, чтобы они решили исход сражения.

    Что касается «Пантер», то они к июлю 1943 года просто были ещё слишком «сырыми». Как показывают данные исследования KOSAVE, на 4-е июля исправными числилось в группе армий «Юг» 198 «Пантер», 5-го их стало 119, 6-го — 42, а 8-го — 18. Правда, потом их ремонтировали, вводили в строй, но более 45 исправных «Пантер» в ходе Курской битвы не было.

    Понятно, что их вклад невелик, но немецкие инженеры доработали машину и она проявила себя позднее.

     

    https://russian7.ru/post/tigry-pantery-i-vorchuny-naskol/

    Loading...

    Комментировать

    осталось 1185 символов
    пользователи оставили 1 комментарий , вы можете свернуть их
    Евгений Лилитко # написал комментарий 8 декабря 2019, 15:46
    :::действия телетанкеток немцы описывают как успешные

    Если речь о "Голиафах", то Манштейн писал о них, как о достаточно бесполезной игрушке.

    :::одержать победу в Курской битве ... видимо, не могли в принципе

    Исходя из их же немецкой военной теории ("аналитической стратегии"), да не могли. Их изначальная позиция противоречила сразу двум условиям, каждое из которых в отдельности утверждает их обязательное поражение: 1) нельзя наступать в оперативную тень и 2) нельзя наступать из оперативной тени. Южный фас (Манштейн) наступал из оперативной тени (Юго-Западного фронта) в оперативную тень (Степного фронта), постоянно имя на правом фланге свежие, незадействованные в боях советские войска, которые в любой момент могли ударить во фланг и решить исход дела (что и произошло, когда положение Воронежского фронта стало критическим).

    Поэтому, вся надежда была на ошибки советского командования и промедления в принятии решений. Это (ошибки и неповоротливость) было единственным шансом немцев на победу.
    • Регистрация
    • Вход
    Ваш комментарий сохранен, но пока скрыт.
    Войдите или зарегистрируйтесь для того, чтобы Ваш комментарий стал видимым для всех.
    Код с картинки
    Я согласен
    Код с картинки
      Забыли пароль?
    ×

    Напоминание пароля

    Хотите зарегистрироваться?
    За сутки посетители оставили 1036 записей в блогах и 7700 комментариев.
    Зарегистрировалось 22 новых макспаркеров. Теперь нас 5020889.