Люди-рыбы. Были ли такие существа?

    Эту статью могут комментировать только участники сообщества.
    Вы можете вступить в сообщество одним кликом по кнопке справа.
    Анатолий Перминов написал
    5 оценок, 678 просмотров Обсудить (4)

     

    Люди-рыбы. Существовали ли они?

     

    «Древнейшая история человечества

    настолько сложна, что часто явное

    кажется сказкой»

     

       У многих народов мира существуют легенды о русалках и разных существах, живущих в водк (в морях и реках). Были или нет такие существа на нашей планете или это просто фантазии (сказки) древних людей?

     

        Этой тайне, будоражащей воображение историков, уже несколько веков. Сегодня, похоже, сделан важный шаг к ее разгадке… «…Вот и дорога Лиерганес - Паманес, 7 марта 1997 года. 16.05. Я уже готов забросить поиски, которые завели меня в Лиерганес, красивый городок в отдаленном конце Кантабрии, доведенный до отчаяния явной невыполнимостью задачи, которую передо мной поставили: отыскать церковные записи XVII столетия и доказать, что человек, который считался легендой, существовал на самом деле; сложность была еще и в том, что никто никогда не публиковал по этому поводу документов. Я и сам начал всерьез сомневаться в исходе дела. Легче найти иголку в стоге сена. В довершение всего с самого приезда в городок меня преследовали одни неудачи».

         Так начинает рассказ о своем открытии в журнале «Энигмас» испанский журналист и исследователь Икер Хименес Элизари. Несмотря на трехдневные розыски, приходский священник Антонио Фернандес так и не объявился. Икеру уже стало казаться, что он просто его избегает. Среди местных распространился слух, что приезжий ищет его, чтобы порасспросить о человеке-рыбе, захватывающая историяг о котором в свое время всколыхнула весь мир и принесла известность этому отдаленному поселку. Но в ней было столько сомнительного и неправдоподобного! И только дон Антонио мог указать место, где хранятся важные документы, способные пролить свет на обстоятельства жизни Франсиско дела Веги, прототипа легендарного человека-тритона, который пять лет провел в морских глубинах.

        «В последний момент я решил сделать еще одну попытку и прогуляться по Лиерганесу. Добредя до церкви святого Петра Ад-Винкула, я наконец-то столкнулся нос к носу с давно разыскиваемым священником. Случайностями, как известно, нельзя пренебрегать. Думаю, что недоверчивый взгляд, который он бросил на меня сквозь очки, яснее ясного демонстрировал, что у него нет никаких иллюзий относительно этой встречи. Но документы, которые я ему показал, набранные мной из писаний различных историков прошлого века, все же заставили его меня выслушать…» В некоторых источниках указывалось на церковные метрики, которые доказывают, что человек-рыба действительно жил на свете, - это очень важная зацепка, но существование таких документов впоследствии отрицали знатоки, искавшие, но так и не нашедшие их.

    И история долго оставалась такой, какой она была на протяжении двух веков: чем-то средним между правдой и вымыслом. Похоже, Антонио Фернандес понял, насколько важно отыскать эти доказательства; между тем в поселке начались похороны. Конечно, это было не лучшее время, но интуиция подсказывала Икеру, что последняя возможность приблизиться к истине - и есть эта самая беседа с кюре на церковном крыльце. В прошлом веке многие пытались «разговорить» священников, но никому так и не удалось своими глазами увидеть документы. И, видимо, действительно сильно торопясь, отец Антонио заявил решительным тоном, что в самом Лиерганесе не осталось и следа подобных бумаг; вероятно, единственное место, где их можно отыскать, хотя оно и не слишком подходит для журналистского расследования, - в сырых кельях одного монастыря, куда вообще-то посторонних не пускают.

    «Ухватившись за эту последнюю возможность добраться до искомых бумаг, как утопающий за соломинку, я нажал на акселератор и стал накручивать на спидометр километры, приближающие меня к тому самому месту, где, может быть, что-то сохранилось, если вообще документы существуют. А пока дорога пролетала под колесами автомобиля, я, по крайней мере, мог хорошенько припомнить, что известно о загадочном существе». …

           Глубокие темные воды реки Миеры, проходя через Лиерганес, минуют излюбленное место детских игр Франсиско дела Веги Касара. Уже в возрасте пяти лет он продемонстрировал умение плавать гораздо лучше обычного человека, вызвав большое удивление у множества окрестных жителей, которые собрались поглазеть на чудо со старого моста. В 1672 году, когда ему исполнилось шестнадцать лет, он отправился в бискайский город Лас-Аренас учиться на плотника. Там Франсиско провел два года на лесопилках у басков, и каждый вечер торопился на реку. Был канун дня святого Иоанна 1674 года, когда, придя на берег в компании других плотников, он вдруг решил сплавать вниз по реке, туда, где море заходит далеко на бискайское побережье.

    Раздевшись, он прыгнул в воду. Тут же сильное морское течение увлекло его за собой, и он скрылся из виду. Зная, какой Франсиско хороший пловец, местные жители надеялись, что он скоро появится… Но - увы… На следующее утро его мать Мариа Касар получила печальную весть об исчезновении сына, которого, судя по всему, навсегда поглотило свирепое кантабрийское море. Трагедия привела в отчаяние Томаса, Хуана и Хосе, братьев несчастного Франсиско. Они облазили крутые прибрежные скалы и исходили все берега в поисках тела. Но поиски не закончились ничем, и мало-помалу, с течением времени память об отважном пловце стала стираться. Прошло пять лет.

         В феврале 1679 года рыбаки, промышлявшие в бухте Кадиса, увидели, как на небольшой глубине к ним приближается странное существо, весьма изумившее и напугавшее их своим видом. Слухи, как пыль, разнеслись по набережным андалузской столицы, и вскоре из сети для траления с приманкой из мяса и хлеба соорудили первое устройство для ловли загадочного похитителя рыбы. Несколько раз замечали, как некое крупное существо, чьей четкой формы нельзя было разглядеть сквозь толщу воды, пожирало куски еды, а затем очень быстро исчезало. Через много дней, на протяжении которых его видели уже поблизости от лодок, морское диво отловили и вытащили на берег. Рыбаки оторопели.

        Их пленником оказался довольно рослый юноша, по крайней мере в метр восемьдесят ростом, с бледной, почти прозрачной кожей и огненно-рыжими волосами. Полоса чешуи наподобие рыбьей проходила по его телу от горла до низа живота, а другая такая же - по позвоночнику. Пальцы на руках соединялись тонкой коричневой пленкой, придавая кистям сходство с утиными лапами. Удивительный пленник мычал и ревел по-звериному, и, чтобы его удержать, требовались усилия целой дюжины обитателей порта. Загадочное существо поместили в монастыре францисканцев, там таинственный человек-рыба пробыл три недели. Секретарь Святой службы (как мы бы сказали сегодня - начальник местного отдела или управления инквизиции) Доминго дела Кантолья йесьма озаботился, узнав о происшедшем.

        Он немедленно приказал провести целую серию разных обрядов экзорцизма, то есть изгнания бесов, которые могли поселиться в столь странном теле. В монастырь прибыли энатоки иностранных языков, такие, как брат Хуан Розенде, которые допрашивали человека-рыбу сутками напролет, пытаясь добиться от него хоть какого-нибудь членораздельного ответа. Наконец из уст Ихтиандра вырвалось слово «Лиерганес», совершенно непонятное никому в Кадисе, кроме одного юноши родом из Сантадера, который тогда подрабатывал на судоверфи андалузской столицы. Он хорошо знал, что это название маленькой деревушки в Кантабрии, относящейся к епископату Бургоса, куда входили все поселения по берегам реки Мьеры. Сомнения, удивление и явное недоверие охватили Доминго дела Кантолыо, который, однако, немедля послал гонцов в Соларес, который расположен в десяти километрах от Лиерганеса.

        Там они отыскали благородного идальго Дионисио Рубалкабу, а также Гаспара Мелчорро де Сантьяго, кавалера ордена Сантьяго, и маркиза де Вальбуена. Все трое лично отправились к лиерганесцам, которые могли бы пролить свет на появление чудища в Кадисе. Через несколько дней Дионисио Рубалкаба раскопал историю исчезновения Франсиско дела Веги Касара, случившегося за пять лет до того на реке Миере, и тут же дал знать в францисканский монастырь, вызвав там сильный переполох. В первые дни января 1680 года человека-рыбу перевезли в кантабрийский поселок, ибо подозрения, что он на самом деле и есть пропавший плотник, были не лишены оснований. Ответственную задачу по транспортировке чудища через горы взял на себя брат Хуан Росенде. Едва кортеж достиг местечка Деесы, пленник, словно ведомый загадочным инстинктом, решился коснуться ногой земли. Казалось, он узнавал окрестности.

         Шагая впереди служителей церкви, он вступил в Лиерганес. Наконец он оказался перед домом семьи дела Веги. Старая Мариа Касар немедленно признала в нем своего сына, который исчез пять лет назад, и, разразившись слезами, заключила его в объятья, а к ней не замедлили присоединиться братья Томас и Хуан. Третий брат, Хосе, за два месяца до того уехал в Кадис и так никогда и не вернулся домой. Странно было то, что человек-рыба никоим образом не выразил своей радости при встрече с родными. Он сохранял молчание на протяжении двух лет (по другим хроникам - девяти), которые прожил в отчем доме под бдительным надзором Дионисио Рубалкабы. Франсиско дела Вега так никогда и не стал прежним человеком. Его жизнь в Лиерганесе сводилась к молчаливому хождению по двору, иногда прерываемому малоразборчивым бурчанием слов «хлеб» и «табак», хотя связи между их произнесением и собственно курением и принятием пищи явно не наблюдалось. Он предпочитал оставаться в лохмотьях, мог часами пожирать рыбу и сырое мясо, а иногда наоборот - по нескольку дней ничего не ел. Большую часть времени он проводил, лежа ничком на земле. И никогда не выказывал ни к чему интереса. Однако однажды вечером 1682 года он встрепенулся, услышав чейто крик, и безо всяких видимых для окружающих причин устремился прямиком к водам Миеры.

        Несмотря на попытки крестьян помешать ему, человеку-рыбе удалось ловко ускользнуть из своего заточения и быстро погрузиться в воду снова, на этот раз - действительно навсегда, и как раз в том самом месте, где он еще в детстве показывал чудеса плавания. Передвигаясь в воде с противоестественной для человека скоростью, странное создание вскоре исчезло в туманной дали. С этого самого момента судьба Франсиско дела Веги оставалась неизвестной, но благодаря предыдущей ее части заинтересовала весь мир. …Брат-бенедиктинец Бенито Херонимо Фейху был весьма ученым мужем, который на протяжении всей жизни неустанно сражался с предрассудками и суевериями Испании XVIII столетия. Его энциклопедический труд «Театр универсальной критики», создававшийся с 1726 по 1740 год, стал крепким фундаментом, на котором он построил свою борьбу со всякими мошенничествами в религиозных делах, время от времени потрясавшими общество. На протяжении нескольких сотен страниц, полных рационалистических доводов, Фейху разоблачал разные чудеса и диковины. Ему удалось разобраться со всеми случаями, кроме истории Франсиско дела Веги.

    На самом деле, по словам Фейху, тот представлял собой хотя и необычный, но вполне реальный пример приспособления человека к водной стихии. Он ни минуты не сомневался в правдивости истории, учитывая, что многие сведения были получены от высокообразованных людей. Священники, дворяне и ученые, которые были свидетелями злоключений человека-рыбы, предоставили Фейху всю информацию о нем, удостоверив своими подписями ее подлинность. Частные послания, представлявшие интерес для его темы, были опубликованы в шестом томе труда под названием «Философский обзор редкостного происшествия наших ДНЄЙ». Слава, которую Фейху приобрел своим язвительным пером, неуступчивым во многих других материях, придала значимость всей истории в конце XVIII века. В Лиерганес начали съезжаться европейские светила зоологии. Начиная с этого момента, попытки проследить судьбу человека-рыбы и выяснить все подробности его жизни не прекращались до наших дней.

         В средине 1930-х годов поиски возглавил доктор Грегорио Мараньон, поятивший легенде целую главу своего труда «Биологические идеи отца Фейху». В нем он предложил одну замечательную теорию, которую пришло большинство его коллег. По Мараньону, Франсиско дела Вега страдал кретинизмом (расстройство щитовидной железы, весьма распространенное в ту эпоху в горных районах), был «идиотом и почти что немым», который, покинув родную деревню и последний раз замеченный на берегу реки, вдруг стал считаться утонувшим. Обстоятельства встречи с ним на кадисском побережье и все его замечательные способности пловца, по мнению доктора, относятся к мифической части истории. Его же вид объяс нялся вовсе не образом жизни человека-тритона, но болезнью, называ мой ихтиозис, в ходе которой на коже появляется чешуя. Специфичесю го сочетания недугов и хворей несчастного человека-рыбы оказалось д«статечно для рыбаков и жителей андалузской столицы, чтобы решит что они поймали невиданное морское чудовище.

         Теория Мараньона вызвала большую полемику, но не по существ оставив в стороне главную предпосылку. А между тем были упущены и: виду свидетельства не только десятков рыбаков, но и тех многих людей, которые жили вместе с Франсиско долгое время. Через несколько лет тот же самый Мараньон пришел к заключению, что вся история прославленного лиерганесца - не что иное, как грубый вымысел, легенда, не имеющая под собой никаких доказательств. То же самое говорили и прославленные ученые прежних столетий, отчаявшиеся найти церковные метрики человека-рыбы и решившие, что его прототипа вообще никогда не существовало. По крайней мере, в официальных списках муниципии Лиерганес, которые велись с XV века в приходе церкви святого Петра, его имя не значится Казалось, вопрос закрыт.

    Ясности не прибавилось и на протяжении последующих столетий. Зато возник монумент, который возвышается у центральной улицы кантабрийского городка: «Его подвиг, пересечение океана с севера до юга Испании, если и не был подлинным, все же должен был быть совершен. Сегодня его главным подвигом можно считать то, что он остался в памяти людей. Правда это или легенда, Лиерганес чествует его и возводит бессмертие». … Монастырь кларитинок, Сантильяна-дель-Мар, Кантабрия. Может, здесь и находится средство для разрешения всех сомнений? «Мои нижайшие просьбы оказали благотворное воздействие на сердце сестры Эмилии Сьерра, - продолжает свой рассказ испанский журналист. - Весьма необычно, что молодой человек, увешанный фотоаппаратурой, с блокнотами, диктофоном и авторучкой попадает именно туда, где никто похожий на него до сих пор не был. Но мне необходимо было попасть туда — я так и пытался объяснить монашке, общаясь с ней почти что криком через маленькую круглую дырку в деревянной двери.

    Миновав эту первую «заставу», я заметил, как за моей спиной закрылись решетки, и затем я очутился всего в нескольких сантиметрах от искомый сокровищ - церковных метрик, которые, как я понимаю, оставались совершенно неизвестными на протяжении многих лет в этих кельях. Итак, я достиг той самой цели, с помощью которой надеялся проникнуть в волшебную загадку, ради которой столь много проколесил по дорогам Кантабрии«. Однако по мере продвижения стрелки часов уверенность Икера Элизари все убывала, особенно когда ему удалось отыскать одну из старых приходских книг Лиерганеса, датируемую как раз тем самым временем. В ней не было ни одного упоминания Франсиско дела Веги!

         И тут он неожиданно был возвращен в реальный мир восклицанием монахини. Указательный палец сестры Эмилии Сьерра, дрожа, уткнулся в несколько строчек, написанных настоящими каракулями, которые едва можно было разобрать, да еще в темной комнате. Но сомнений не было: приблизив книгу к окну, они убедились, что записи принадлежат руке Педро Эрасу Миеры, приходского священника Лиерганеса начала XVII века! Эта стопка бумаг необычайной важности включала и церковные метрики Франсиско дела Веги Касара, человека-рыбы! Плохо сдерживаемая радость Икера передалась и сестре Эмилии, которая судорожно продолжала листать страницы записей крещений, браков и смертей. Немного погодя перед их глазами оказался еще один замечательный документ. Это была книга регистрации смертей прихода Лиерганес, соответствующая периоду с 1722 по 1814 год.

    Здесь на странице 106 была запись другого кюре, Антонио Фернандеса дель Ойо Венеро, официальное объявление о смерти Франсиско дела Веги, называемого человеком-рыбой, и его исчезнувшего брата Хосе! Из чего можно было сделать вывод, что, по закону той эпохи, следовало ждать целых 100 лет, прежде чем официально объявить умершим пропавшего человека. «Факты действительно были прямо в моих дрожащих от волнениях руках; отрицать теперь было нечего. Человек-рыба на самом деле жил в здешних местах, и мы можем это доказать», — сообщал исследователь. Это и есть самое важное. С этого момента вызов науке бросала уже сама история его злоключений в морской бездне, — подлинная загадка Ихтиандра, которую теперь уже нельзя будет отнести к сказкам.

    ****.

     

    Греческая мифология знает немало водных существ. Например, водных нимф океанид, дочерей титана Океана и титаниды Тетис, насчитывалось целых три тысячи. Они были связаны с реками, так же как и их братья. Среди потомков Океана и Тетис следует отдельно упомянуть прародителей следующих поколений водных дев — сына Ахелоя (отца сирен), дочь Дориду (жену морского старца Нерея и мать нереид, которых по разным версиям было от пятидесяти до ста).

    Впрочем, происхождение мифологических персон — материя тонкая, и другие источники называют отцом сирен Форкиса, божество бурного моря. К нимфам водной стихии относятся также наяды, ведающие ручьями и родниками, и лимнады, обитающие в стоячих озерах и болотах. Казалось бы, их уже нельзя считать людьми-рыбами, поскольку они не имеют рыбьего хвоста... но, как мы убедились, и у русалок, и у сирен с хвостом тоже не все однозначно. Зато те же нереиды в лунные ночи выходят на берег, поют и водят хороводы... Не правда ли, знакомый обычай?

     

            Древнегреческий бог Тритон 0 сын Посейдона и Амфитриты, отец тритонов. По разным данным, он сочетает в своем облике черты человека, коня и рыбы. Вместо ног у него то ли один рыбий хвост, то ли два дельфиньих. Тритоны, сыновья Тритона и нимф, имели разный облик - мужчин с рыбьим или дельфиньим хвостом или ихтиокентавров — существ с человеческими руками, передними ногами коня и рыбьим хвостом. Они вместе с дельфинами сопровождают Посейдона и Амфитриту, трубя в раковины.

    Увы, в настоящее время тритоны - могучие мужи если и не исчезли вовсе, то удалились в морские глубины и неохотно контактируют с людьми. Без проблем можно пообщаться только с тритонами - аквариумными амфибиями.

         Протей (морское божество, а не названное в его честь хвостатое земноводное) тоже непосредственно относится к нашей теме. Морской старец, сын Посейдона и пастух тюленьих стад Амфитриты, он обладал пророческим даром - но более всего известен своей способностью менять обличье. Именно в этом смысле его имя стало нарицательным. Протею так досаждали желающие получить предсказание, что он соглашался прорицать будущее только тем, кто сумеет его застукать в истинном облике. Когда Менелай, возвращаясь из-под Трои, попал в Египет, ему удалось добиться предсказания от Протея. У морского старца была привычка выходить из воды на остров Фарос, чтобы вздремнуть там в тени скал, в окружении тюленей. Менелай с тремя товарищами подстерегли Протея во сне, схватили и не выпускали из рук, хотя тот принимал вид льва, дракона, дерева, текущей воды. Непонятно только, почему люди сочли истинным обликом морского метаморфа личину невзрачного старичка? Все же хвостатому в воде куда удобнее - спросите кого угодно, хоть русалок, хоть ундин или мерроу.

     

    Люди-рыбы встречаются в сказаниях и легендах самых разных народов по всему земному шару. В английском языке для их обозначения есть слова mermaid и merman (от восходящего к латыни устаревшего «mere», то есть «море», и «maid(en)» - девушка, молодая женщина, «man» - мужчина). Множественное merfolk - морской народ. Традиционно «mermaid» переводится на русский язык как «русалка», а с мужским вариантом переводчики всякий раз поступают по-разному.

    На заметку: а вот в английском языке имеется слово «rusalka» для обозначения славянской пресноводной девы в отличие от морской европейской «mermaid».

    Впрочем, морские девы и мужи действительно очень похожи на русалок и русалов. Разница больше в том, как их воспринимают люди. Русалок считают нежитью, разновидностью неупокоенных мертвецов. А морские девы и их мужчины - самостоятельные существа, которые никогда не были людьми. Они обладают человеческими головой и торсом - и рыбьим хвостом. С распространением христианства в отношении европейцев к морским девам появился мотив обретения ими бессмертной души: будто бы именно к этому стремятся морские девы, вступая в связь с мужчиной, а особенно родив от него ребенка. В отличие от соблазнительных женщин морского народа, их мужчины имеют уродливый и пугающий облик. Есть версия, что именно поэтому водные девы ищут человеческой любви. У мерроу между пальцами перепонки, что не мешает им держать в руках гребень и расчесывать на пробор длинные зеленые волосы.

    Морские девы скорее неосторожны, чем злонамеренны, но это не мешает им губить людей. Подобно сиренам, они завлекают моряков песнями, очаровывают их и заставляют прыгать с борта в воду. Водные красотки то ли предвещают непогоду и кораблекрушения, то ли способны сами их вызвать.

       В пресные воды морские девы тоже заплывают - поднимаются вверх по течению рек и добираются до озер. Как в море, так и в иных водоемах, они горазды увлечь приглянувшегося им мужчину на дно. Возможно, они по своему легкомыслию просто забывают, что люди неспособны дышать под водой. В отличие от соблазнительных женщин морского народа, их мужчины имеют уродливый и пугающий облик. Есть версия, что именно поэтому водные девы ищут человеческой любви. А вот морские мужи людьми не интересуются.

     

          Морскому народу родственны роаны и селки, люди-тюлени, о которых говорится в ирландском, шотландском и валлийском фольклоре. По-видимому, та же раса на Оркнейских островах носит название финфолк. Селки могут сбрасывать тюленьи шкуры, становиться людьми и выходить из моря на землю. Если спрятать тюленью шкуру красавицы-селки, она (красавица, не шкура) останется на суше и может выйти замуж за человека, родить детей. Но если селки отыщет шкуру, она мигом обернется тюленем и исчезнет в волнах. В точности так же ведет себя женщина-мерроу, если запрятать ее красную шапочку, позволяющую дышать под водой. Это интересно: из этой же компании водных жен-оборотней, за которыми нужно постоянно присматривать, Царевна-лягушка русских сказок. Ирландцы и шотландцы рассказывают, что мерроу могут прожить среди людей много лет, но потом все равно возвращаются в свой подводный дом. Дети от смешанных браков рождаются покрытые чешуей. Выглядят мерроу классическими морскими людьми - человек от пояса вверх, рыба от пояса вниз. Они более остальных сородичей благоволят людям. Если дева мерроу и утянет возлюбленного на морское дно, он не захлебнется, а останется жить там благодаря ее чарам.

     

     

     

    У мерроу между пальцами перепонки, что не мешает им держать в руках гребень и расчесывать на пробор длинные зеленые волосы. В основном истории повествуют о прекрасных девах мерроу. Об их уродливых мужчинах известно, что они держат в специальных клетках на морском дне души погибших моряков. Когда первые кельты ступили на землю Ирландии, морской народ уже резвился у ее берегов. И по сей день в шуме волн слышится музыка из подводных чертогов.

     

        Сказка Ганса-Христиана Андерсена «Русалочка» (1837) на века вперед задала романтический образ морской девы в европейской культуре. Да-да, знакомая нам с детства русалочка — на самом деле морская дева, «little mermaid», а еще точнее - «Den lille Havfrue». Скандинавское «хавфру» происходит от hav - «море» и frue - «госпожа, хозяйка». Еще хозяек моря зовут сьерами. Они способны менять облик — на суше выглядят как обычные девушки, в воде обретают хвост. Волосы у хавфру зеленые, золотые или серебристо-белые. Иногда они выходят к рыбацким кострам якобы согреться, а на самом деле соблазнить мужчин. Бывает, они спасают тонущих, но чаще утаскивают под воду. Им также приписывают способность предсказывать будущее и исполнять желания. Есть у скандинавов и мужская ипостась морского человека - это норвежский хавманен (Havmannen), шведский хавман (Havmand), датский хавманден (Havmanden).

    Другой литературный образ морской девы — тоже романтический, но куда более мрачный, — это персонаж артуровского цикла Фея Моргана (Morgan Le Fay, Morganna, Morgaine, Fata Morgana). По одной из версий, волшебница Моргана живет в хрустальном дворце на дне моря и сбивает с пути моряков призрачными видениями. Скорее всего она просто одна из морген (morgens) — водных духов валлийской и бретонской мифологии. Моргены (морганы) заманивают людей на дно, очаровывая либо своей красотой, либо видениями подводных дворцов из золота и хрусталя.

    Речные девы и речные мужи

    Я люблю ее, деву-ундину,

    Озаренную тайной ночной,

    Я люблю ее взгляд заревой

    И горящие негой рубины...

    Потому что я сам из пучины,

    Из бездонной пучины морской.

     

        В отличие от уродливых «морских мужей» мужчины-никсы тоже хороши собой и неравнодушны к человеческим женщинам. Игрой на скрипке никс зама- нивает земных девушек под воду, а там уж как повезет: может оставить девицу в своих подводных владениях в качест-ве жены, а может и утопить. Ундины или ондины (от латинского unda, «волна») — это прекрасные девушки, иногда с рыбьими хвостами. У них роскошные волосы, иногда зеленоватые, и ундины (вот неожиданность, да?) любят расчесывать их, сидя на берегу или качаясь на волнах. Своим пением и красотой девы завлекают путников в глубины, где могут погубить их, а могут сделать возлюбленными в подводном царстве. Средневековые алхимики и каббалисты, начиная с Парацельса, считали ундин элементалями воды - стихийными духами, живущими в воде и управляющими водной стихией во всех ее проявлениях — к примеру, вызывая дожди. Ундины встречаются в озерах, реках и водопадах, причем на водопадах они любят кататься.

     

       А древние германцы называли духов-хранителей вод, обитающих в реках, озерах и водопадах, никсами (Nix/Nixe/Nyx). Имя происходит от протоиндоевропейского «neigw» (купаться). В шведском оно имеет форму «нэкк», в финском - «накки», есть вариации и в других языках. Различаются никсы мужского пола (никс, Nix) и женского (никса, Nixie). Водные духи-оборотни очень часто принимают человеческий облик. Женщины-никсы прекрасны, по плечам их струятся золотые волосы, и нижняя рыбья половина тела не умаляет их привлекательности. Как вы уже догадались, они любят и умеют петь и своими песнями завлекают юношей в воду. Кувшинки в Скандинавии именуют розами нэкков.

    В отличие от уродливых «морских мужей», мужчины-никсы тоже хороши собой и неравнодушны к человеческим женщинам. Разве что зубы у них зеленые, а так - красавцы хоть куда. Игрой на скрипке никс заманивает земных девушек под воду, а там уж как повезет: может оставить девицу в своих подводных владениях в качестве жены, а может и утопить. Иногда мужчины-никсы предстают нагими, а иногда - одетыми, причем весьма щегольски. Вот только с одежды у них постоянно течет вода, совсем как у батюшки Водяного в русском фольклоре. Трудно назвать истинный облик никсов, поскольку одно из главных их качеств - оборотничество. Водные метаморфы, кроме как в образе человека, способны предстать в виде рыбы, змеи, быка, кошки, собаки, коня.

     

     

     

        Финские накки (Näkki), они же ветехинен или весихииси, - это никсы, живущие в прудах, озерах, колодцах, у мельниц, под причалами и мостами через реки. В этом они похожи на славянских водяных. Накки могут утащить под воду человека (особенно ребенка), который перегибается через перила моста, разглядывает или трогает свое отражение в воде. Спереди они выглядят привлекательно, но если глянуть со спины, оказываются страшно уродливыми и волосатыми. Другие истории говорят, что накки — это рыболюди, которые могут превращаться в прекрасных чувственных женщин, в красоток с тремя грудями, в серебристых рыб, лошадей и собак.

     

         Шведские водные духи, никсы, нэккен или ноккен (näcken, nøkken), также называются стромкарлен (strömkarlen, от ström - «быстрый поток» и karl - «человек») или форскарлен (forskarlen, от fors - «водопад»). В Норвегии нэкка еще зовут фоссегрим (Fosse-Grim, от foss — «водопад»).

    Самая известная из немецких никс - Лорелея, прекрасная и губительная дева. Она сидит над Рейном на скале, которая носит ее имя, расчесывает гребнем золотые косы и поет. «Нищему о королевском богатстве поет Лорелея. Рыцарю обещает победу и славу. Покой - усталому. Любовь - влюбленному. Каждый слышит в ее песнях то, чего жаждет его душа. Гибель несут песни Лорелеи. Околдует ее голос, а потом поведет за собой, заманит в страшный водоворот. Прочь отсюда, рыбак! Берегись, пловец! Если настигнет тебя ее песня - ты погиб!» Надо сказать, скала Лорелеи расположена в чрезвычайно опасном месте, где даже в наши дни затруднено судоходство, хотя подводные рифы уже частично взорвали.

          Еще одна пресноводная дева из кельтских и средневековых легенд - Мелюзина (Мелизанда), которую иногда изображают с одним или двумя рыбьими хвостами вместо ног, иногда со змеиной нижней частью тела, иногда с крыльями или комбинацией хвоста и крыльев. По разным версиям ее считают либо феей водных источников, либо суккубом. Суккубы — это неотразимо привлекательные женщины-демоны, соблазняющие мужчин. Суккубом была мифическая Лилит, которая соперничала с Евой за внимание Адама — и, по слухам, успешно. Крылья и хвост (то ли змеиный, то ли классический русалочий) ей не мешали.

         Валлийские гуараггед аннун (Gwragedd Annwn) - златовласые красавицы, обитающие на дне озер, особенно горных в безлюдной местности. Хотя их мужчины седовласы и длиннобороды, они вовсе не немощные старцы. Гуараггед аннун - посредники между мирами людей и фейри.

     

     

     

    Люди-рыбы других стран и эпох

    И часы пронеслись. Я стоял у волны.

    В ней качалась русалка нагая.

    Но не бледная дева вчерашней луны,

    Но не та, но не та, а другая.

    К.Д. Бальмонт

    Описания рыбохвостых существ (чаще — женщин, реже — мужчин) встречаются в стольких источниках, что просто глаза разбегаются. Бразильская черноволосая красавица Иара, мать вод, чудесным пением завлекает пловцов и рыбаков, соблазняет и зацеловывает до смерти. Чилийская Пинкойя, дочь подводного царя Мильялобо, голубоглазая блондинка, гораздо добрее — она наполняет сети рыбаков дарами моря и помогает потерпевшим кораблекрушение. Ее отец Мильялобо и сам с хвостом, он сын женщины и тюленя.

         Адыгейская госпожа моря Хыгуаше (Хыпэ-Гуащэ) с виду вполне русалка: человечий верх, рыбий низ. Таков же китайский Хэ-бо, дух реки Хуанхэ, - хорош собою, высокого роста, белолицый и с хвостом как у рыбы - он, в отличие от многих родственников, девушками очень даже интересуется: каждый год ему приносили по одной в жертву...

    Самые ранние свидетельства о людях-рыбах дошли до нас из глубины тысячелетий, от шумеров и аккадов. Вавилонский историк Берос рассказывает, что люди жили как звери, пока из вод нынешнего Персидского залива не вышли рыболюди под предводительством Оаннеса, которые научили жителей Месопотамии всему — письму, геометрии, строительству, земледелию, обработке металлов - и дали им свод законов и священное писание о начале мира.

         Оаннес - грецизированная форма имени, шумерское или аккадское имя осталось неизвестным. Оаннес был существом с телом рыбы, головой человека под головой рыбы, обладал одновременно человечьими ногами и рыбьим хвостом. Он каждый день выходил из моря, беседовал с людьми и на ночь возвращался обратно. Его дело продолжали другие подобные существа, которых Берос называет аннедотами.

       Финикийцам и филистимлянам Оаннес был известен уже под именем Дагона (Дагана) или Одакона. Есть несколько версий происхождения имени: от одного из древнееврейских корней «даг» - рыба, «даган» - зерно, или арабского dagana - «быть облачным». Соответственно, Даган - это морское божество, бог зерна или бог-громовержец. В текстах Саргона Аккадского Даган выступает как глава шумеро-аккадского пантеона.

    Это интересно: куда больше, чем прошедшие через много языков строчки древних текстов, известен образ Дагона из мрачных историй Говарда Ф. Лавкрафта - «Дагон» и «Тень над Инсмутом». Лавкрафт называет Дагона среди самых древних богов - Великих Старейшин; ему поклоняется раса глубоководных людей-амфибий.

        Богиня Луны и судьбы Деркето (греческое искажение арамейского имени Астарты - Атаргата или Тарата) почиталась в Северной Сирии, отчасти у хананеев и финикиян, но особенно у филистимлян, где ее, подобно Дагону, изображали с нижней частью тела рыбы. Некоторые изображения показывали ее рыбой с человеческой головой и ногами. Деркето-Атаргата была матерью ассирийской царицы Семирамиды и передала своей жестокосердой дочери способности к предвидению и к оборотничеству.

        Множество людей своими глазами видели русалок и оставили об этом записи. Например, знаменитые путешественники и мореплаватели Христофор Колумб и Генри Гудзон. Но, вполне возможно, большая часть свидетелей добросовестно заблуждалась. Ожидая увидеть в волнах морских дев, они принимали за русалок морских животных - дюгоней или ламантинов (морских коров) из семейства сирен (Sirenia). Понятно, за что этому семейству водных млекопитающих дали такое название.

    Идея соорудить из подручных средств «подлинный» скелет русалки для умелого чучельника очень соблазнительна. И далеко не нова. В течение сотен лет страшненьких уродцев показывали за деньги - как, например, знаменитую в XIX веке «фиджийскую русалку» в Американском музее Барнума. Ее верхняя часть была сделана из обезьянки, а нижняя — из рыбы.

     

     

     

        Что ж, известные нам факты вполне укладываются в систему, что позволяет обобщить данные и ответить на эти вопросы. Конечно, можно решить, что это наша эпоха глобализации и стандартизации унифицировала образ водного существа. Но слишком много разных свидетельств, охватывающих географически всю планету, а исторически — всю доступную нам шкалу, начиная с древнейших цивилизаций. И во множестве частных черт отчетливо проступает единый облик человека-рыбы.

    Итак, существа водной расы превосходно чувствуют себя в родной стихии, однако способны выходить на сушу и подолгу жить там. Они сплошь и рядом вступают в любовные отношения с людьми, и водяные женщины могут рожать детей от подобных союзов. Это недвусмысленно говорит о том, что конструкция таза у них близка к человеческой, а конечностей несомненно две. Но две ноги это или два хвоста?

    Слишком много разговоров о хвосте, чтобы от него можно было так просто отмахнуться. Значит, версия первая — два сильных хвоста наподобие тюленьих, которые позволяют перемещаться по суше, а в море при желании плотно смыкаются и выглядят как один. Ни рыбьи, ни змеиные хвосты подобного не позволят, здесь нужно нечто ластоногое.

    Вторая версия — это ноги плюс хвост. Увы, вовсе не стройные человеческие ножки, а мощные короткие лапы ящера. Некрасиво (если исходить из наших канонов красоты), но практично и вполне реалистично. Множество древних и старинных изображений (Дагон, Деркето, Мелюзина, сирены и тритоны) предъявляют нам именно этот облик.

    А если добавить сюда еще и крылья, решится загадка сирен, категорично разделенных на дев-птиц и дев-рыб. Вовсе не нужно их разгонять по разным стихиям. Вот оно, универсальное существо с крыльями, хвостом и ногами (лапами). Может и на скалу взлететь, и на дереве усесться с комфортом, и по земле пройтись, и в воду нырнуть.

        Существа водной расы оставили заметный след в человеческом искусстве, и неудивительно. Верьте Фрейду или не верьте, но искусство танцует вокруг темы любви, как влюбленный вокруг предмета страсти. А чем на протяжении веков занимались русалки и им подобные? Манили, соблазняли и завлекали. Отсюда непробиваемо романтический облик морской или речной хвостатой девы. Поэты исписали километры бумаги, композиторы сочинили чарующие мелодии, Дисней снял «Русалочку»...

    Именно мультяшная ипостась, да еще сериал «H2O» спровоцировали множество девчачьих флэш-игр типа «раскрась русалку», «одень русалку» (зачем, интересно?..) и прочие «Барби в подводном царстве». Недалеко от них ушли аркады и квесты, где русалки попадаются в числе прочих персонажей, - как детские игры, так и не очень. В основном востребованы свойство русалок жить в воде и познания о подводных кладах. Ясное дело, от русалок можно получить артефакты. Как правило, имеются в виду морские девы (mermaid), за исключением отечественных игр с уклоном в славянскую мифологию.

    Раса водных существ присутствует во вселенной игр Disciples. Точнее, присутствовала в первой и второй части. Морской народ (merfolk, то есть mermaids и mermen) был в числе четырех, изначально населивших Невендаар. Русалки и тритоны (вариант перевода — водяные) жили разрозненными общинами и нападали на моряков, привлеченных пением русалок. Неигровая раса морских обитателей была представлена четырьмя видами существ, вела себя агрессивно и играла заметную роль на водных пространствах Невендаара. К сожалению многих поклонников серии Disciples, в третьей части морского народа не стало. Есть морской дьявол и две разновидности нагов - но последние, как известно, люди-змеи, а это совсем другое.

     

        По мнению некоторых исследователей древнейшей истории (альтернативной) человечества  в глубокой древности на Земле произошли следующие события:

    848 тыс.лет днэ – на Землю упала комета Тифона, на планете произошел Всемирный потоп (это не тот потоп, который упоминается в Библии, а более древнее событие). Многие материаки на Земле оказались под водой. В это время на Земле существовали две высокоразвитые человеческие цивилизации – асуров (клонилась к упадку) и атлантов (была в зените своего развития – эпоха тольтеков). В связи с нехваткой сущи эти цивилизации (неизвестно вместе или раздельно) эти цивилизации создали новую расу людей – людей-рыб. И вскоре эта раса людей стала самой многочисленной на Земле.

    298 тыс.лет днэ – гегемония людей-рыб на Земле прекратилась, так как суши на Земле стало много. Люди-рыбы стали постепенно исчезать, а гегемония на Земле вновь перешла к атлантам.

       Но видимо еще долго люди встречали  людей-рыб в разных частях Земли, по этой причине  у многих народов созранились легенды об этой особой расе людей.

     

    Комментировать

    осталось 1185 символов
    пользователи оставили 4 комментария , вы можете свернуть их
    Владимир Пронькин # написал комментарий 19 июля 2013, 00:33
    И хвост разделялся для продолжения рода?
    ++++
    Анатолий Перминов # ответил на комментарий Владимир Пронькин 19 июля 2013, 09:55
    Разве хвост важет для продолжения рода. У дельфинов хвост один и ничего - размножаются.
    • Регистрация
    • Вход
    Ваш комментарий сохранен, но пока скрыт.
    Войдите или зарегистрируйтесь для того, чтобы Ваш комментарий стал видимым для всех.
    Код с картинки
    Я согласен
    Код с картинки
      Забыли пароль?
    ×

    Напоминание пароля

    Хотите зарегистрироваться?
    За сутки посетители оставили 595 записей в блогах и 5231 комментарий.
    Зарегистрировалось 235 новых макспаркеров. Теперь нас 5029013.