Иск, за который я получил 5000 штрафа ( публикуется по просьбе Т. Петровой)

    Эту статью могут комментировать только участники сообщества.
    Вы можете вступить в сообщество одним кликом по кнопке справа.
    Марк Геллерштейн написал
    6 оценок, 550 просмотров Обсудить (4)


    В Октябрьский районный суд г. Белгорода для отвода и изменения подсудности дела

     

    Истец: М.И. Гелллерштейн

    г. Белгород, _________________

    Email: [email protected]

     

    Ответчик: Министерство финансов РФ в лице Управления федерального казначейства по Белгородской области

    Г. Белгород, пр-т Богдана Хмельницкого д. 139 [email protected]
     

    УФК по по Белгородской области

    <cite>belgorod.roskazna.ru</cite>

     

    Третье лицо Октябрьский районный суд г. Белгорода

    Г. Белгород, ул. Сумская д. 76 а

     

    Исковое заявление о компенсации

    1.                   за нарушение прав, гарантированных п. 1 ст. 6, ст. 13 ЕКПЧ и отказ суда в обход закона в деле № 2-4716/2016 от признания наличия главного доказательства и его преюдиции над остальными доказательствами, то есть специальными умышленными действиями суда в обход закона (см. ПП ВС РФ № 25 от 23. 06. 2015 г. «О применении…»).

     

    1.1                 «… особый статус судей не влечет освобождения их от ответственности; при наличии достаточных оснований и с соблюдением установленных в федеральном законодательстве процедур судья за допущенные им нарушения законов может быть привлечен как к уголовной, так и к иной ответственности».

    (Определение Конституционного Суда РФ № 181-О от 25.10.1999 ).

     

    2.                                          Определение подсудности дела

    2.1                 До принятия иска к производству суда или отказа в этом должен быть решен вопрос подсудности дела, так как подлежащий отводу суд не может выносить никаких решений в силу п. 1 ч. 4 ст. 330 ГПК РФ, ст. 47 Конституции РФ.

     

    2.2                 Эта позиция подтверждена Конституционным судом РФ в абзацах 2, 3 п. 2 мот. части Постановления № 20-П от 20.07.12 г.

    «праву на судебную защиту и его необходимой составляющей - праву на законный суд, как они определены указанными статьями Конституции Российской Федерации, корреспондирует провозглашенное Конвенцией о защите прав человека и основных свобод (пункт 1 статьи 6) и Международным пактом о гражданских и политических правах (пункт 1 статьи 14) право каждого при определении его гражданских прав и обязанностей или при рассмотрении любого предъявленного ему уголовного обвинения на справедливое и публичное разбирательство дела компетентным, независимым и беспристрастным судом, созданным на основании закона. По смыслу названных положений Конституции Российской Федерации и международно-правовых актов, являющихся в силу статьи 15 (часть 4) Конституции Российской Федерации составной частью правовой системы Российской Федерации, право каждого на судебную защиту предполагает, в частности, что рассмотрение дела должно осуществляться не произвольно выбранным, а законно установленным судом, т.е. судом, компетенция которого по рассмотрению данного дела определяется на основании закрепленных в законе критериев, которые в нормативной форме (в виде общего правила) заранее - ДО возникновения спора или иного правового конфликта - предопределяют, в каком суде подлежит рассмотрению то или иное дело, а также в каких случаях и в каком порядке ДОПУСТИМО ИЗМЕНЕНИЕ ПОДСУДНОСТИ, что позволяет суду (судье), сторонам и другим участникам процесса избежать правовой неопределенности в этом вопросе…».

     

    2.3           В Определении № 22-О от 02.03.2006 г. Конституционный Суд РФ разъяснил :

    2.2. Из правовой позиции, сформулированной Конституционным Судом Российской Федерации в Постановлении от 25 февраля 2004 года N 4-П по делу о проверке конституционности пункта 10 статьи 75 Федерального закона "Об основных гарантиях избирательных прав и права на участие в референдуме граждан Российской Федерации" и части первой статьи 259 ГПК Российской Федерации, следует, что к сфере правосудия относится не только стадия разрешения дела судом по существу, но и все другие стадии судопроизводства, в том числе стадия возбуждения дела, на которую также распространяются конституционные предписания о справедливом правосудии; сторона судебного спора не может наделяться полномочиями по осуществлению правосудия, в том числе в стадии возбуждения дела, и не должна ставиться в особое положение по отношению к другим лицам, участвующим в деле, поскольку иное противоречило бы принципу осуществления судопроизводства на основе состязательности и равноправия сторон.

     

    2.4           Бессмысленность рассмотрения дела незаконным составом суда установил и Европейский суд по правам человека:

     

    «По причинам, изложенным выше, Суд приходит к выводу о том, что в дисциплинарном разбирательстве, которое обжаловалось в настоящем деле, право заявителя на слушание беспристрастным судом не соблюдалось. Таким образом, имело место нарушение пункта 1 статьи 6 Конвенции в этом отношении (§ 142 там же). Принимая во внимание его заключение о том, что имело место нарушение права заявителя на слушание беспристрастным судом по указанным выше причинам и с учетом того, что он имеет ограниченные полномочия для устранения ошибок факта или закона, предположительно совершенных национальными судами, Суд не считает необходимым отдельно рассматривать другие жалобы заявителя, которые связаны с предполагаемой несправедливостью дисциплинарного производства против него (§ 143 Постановления от 20.11.12 г. по делу «Гарабин против Словакии»)…

     

                       Отвод всему составу Октябрьского районного суда г. Белгорода в том числе и лично судье В.В. Свищеву отдельно заявляем в связи с его системной и устоявшейся практикой уклонения от принятия и рассмотрения любых исков (отказано в приеме 135 исков из 135 поданных) или вынесения в адрес заявителя заведомо неправосудных решений, пересмотр которых производится в таких же незаконно созданных президентских судах, причастных к этой коррупционной практике с непосредственным участием судьи В.В. Свищева, отказавшегося отправлять правосудие в соответствии с федеральным законом неоднократно.

                       Поскольку в России не создан законный и беспристрастный суд, а действующий с 25.12.1993 суд является незаконным, пристрастным, зависимым, созданным в нарушение основ конституционного строя и для обслуживания исполнительной и законодательной ветвей власти, а не для их контроля, то выход из этой ситуации есть только один: формирование суда присяжных для разрешения споров между гражданами и органами власти.

    2.5                                                «Вместе с тем должно быть гарантировано, что расследование или надзор за ним не доверены лицам или структурам, которых можно было бы подозревать к причастности к рассматриваемым событиям (…) (§ 235 Постановления ЕСПЧ от 18.12.12 г. по делу «Аслаханова и другие против РФ»).

    2.6                                                Все назначенные Президентом РФ судьи массово нарушают законы и все освобождены от ответственности за это до тех пор, пока исправно обслуживают исполнительную власть (например, Следственный комитет РФ, Правительство РФ, Администрация Президента РФ, ФСБ РФ и тому подобные органы).

    2.7                        Именно поэтому право на предъявление исков за нарушение федеральных законов и недопуск к правосудию назначенными   президентом РФ судьями не реализуется в течение 20 лет. При этом злостное неисполнение решений Конституционного суда РФ по этому вопросу не повлекло за этот период уголовной ответственности по ст. 315 УК РФ ни одного судьи.

    2.8                       Факты доказывают, что каждый назначенный судья является потенциальным ответчиком по таким искам и поэтому будет препятствовать справедливому судебному разбирательству.

    2.9                       Октябрьский районный суд г. Белгорода является «хроническим ответчиком», так как он не занимается ничем, кроме нарушения прав граждан в интересах своих и органов власти с умышленным недопуском граждан к правосудию с сокрытием процессуальных заявлений.                                                   2.10                  «Нет никаких оснований для иного вывода в настоящем деле. Истец занимал важное положение в судебной системе региона (…). Процедура изменения подсудности дел, на которую ссылалась компания-заявитель, была направлена ​​на обеспечение необходимых гарантий в тех случаях, когда стороны могут сомневаться в беспристрастности судов региона в таких ситуациях. Суд в своей прецедентной практике часто подчеркивал важность таких гарантий (…)                          (§ 66 Постановления от 16.04.19 г. поделу «EditorialBoardofGrivnaNewspaperv. Ukraine»).

    (…)Однако при рассмотрении апелляций компании-заявителя апелляционный суд, а затем и кассационный суд проигнорировали его жалобы в отношении предполагаемого отсутствия беспристрастности (...). Поэтому они не исправили дефект, о котором идет речь (...) (§ 68 там же). Соответственно, имело место нарушение пункта 1 статьи 6 Конвенции в связи с отсутствием объективной беспристрастности со стороны судьи первой инстанции… (§ 69 там же).                                

    2.11    Итак, прошу вынести определение о подсудности дела суду присяжных и обеспечить его вручение мне в должное время и должным образом в электронном виде с усиленной квалифицированной ЭЦП.                                                             2.12   В случае преднамеренного игнорирования судом раздела два настоящего искового заявления прошу суд в очередной раз (все предыдущие просьбы истца Октябрьским районным судом проигнорированы) и отсутствия в отказном определении аргументов суда, отвечающих на каждый из вопросов, поставленных во втором разделе настоящего искового заявления применить требования закона прямого действия - определения КС РФ № 42-О 2005 года, разъяснение которого передано в Октябрьский районный суд г. Белгорода и Белгородский областной суд многократно ранее, и ответить с прямой аргументацией отказа на каждый из вопросов, поставленный во втором разделе настоящего искового заявления.

     

    3.                                                       Факты и доказательства:

     

    Дело № 2-4716/2016

     

    3.1             Цитата: «… ссылки стороны истца на решение мирового судьи судебного участка №  Западного округа г. Белгорода, апелляционное определение Октябрьского районного суда г. Белгорода от дата по делу №, апелляционное определение Октябрьского районного суда г. Белгорода от дата (по делу № дата), апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Белгородского областного суда от дата (по делу №) несостоятельны, поскольку по указанным делам установлены иные фактические обстоятельства, которые по данному спору не имеют определяющего значения».

    3.2           Однако существует вступившее в законную силу и никое не оспоренное решение от 26 сентября 2007 года (по мнению Октябрьского районного суда г. Белгорода в лице судьи Е.А. Орловой обстоятельства, установленные им, не имеют определяющего значения), которое является преюдициальным.

    3.3                 Цитата: «…Рассмотрев… гражданское дело по иску ОАО «Территориальная генерирующая компания № 4» к Геллерштейн Марку Исааковичу….»

    3.4                   Цитата: «Судом установлено, что договорные отношения между АО «ТГК 4» и ответчиками отсутствуют, дом, в котором проживают ответчики, находится на обслуживании ТСЖ «Уютное», которое не заявляет требований о взыскании задолженности с ответчиков. При таких обстоятельствах суд считает…отсутствуют правовые основания для удовлетворения. заявленных ОАО «ТГК 4» требований».

    3.5                     Цитата: «Анализируя установленные в ходе судебного разбирательства обстоятельства, суд приходит к выводу, что вышеперечисленными судебными постановлениями неоднократно давалась оценка одним и тем же доводам Г.М.И., а именно: об отсутствии между ним и теплоснабжающей организацией договорных отношений, о незаконности направления в его адрес досудебных напоминаний о взыскании задолженности за потребленные энергоресурсы ресурсоснабжающими организациями, об отказе ООО «название» заключить с ним договор управления, о недействительности договора энергоснабжения № от 01.03.2008 и дополнительного соглашения к нему № 1 от 01.07.2009, а также протокола общего собрания от 04.01.2006. Перечисленные доводы признаны несостоятельными и в их удовлетворении было отказано».

    3.6             Как следует из приведенных цитат Октябрьский районный суд г. Белгорода в лице судьи А.А. Орловой осознанно и умышленно нарушил ст. 61 ГПК РФ отказавшись применить ее п. 2: «2. Обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным постановлением по ранее рассмотренному делу, обязательны для суда. Указанные обстоятельства не доказываются вновь и не подлежат оспариванию при рассмотрении другого дела, в котором участвуют те же лица, а также в случаях, предусмотренных настоящим Кодексом», т.е. Октябрьский районный суд г. Белгорода в лице судьи А.А. Орловой осознанно и умышлено не применил закон, подлежащий применению (см. ст. 330 ГПК РФ), изменив при этом доказательную базу, при этом нарушив ст. ст. 140, 293, 305 УК РФ, кодекс судейской этики в его полном виде, ст. 120 Конституции РФ, ст. ст. 3 и 8 закона «О статусе судей…», признав доводы решения суда, вступившего в законную силу, несостоятельными.

     

    4.                                                        Обстоятельства              

    4.1           С 2016 года, то есть в течение более чем четырех лет Октябрьский районный суд г. Белгорода (гражданская секция суда в полном составе) не допускает к правосудию М.И. Геллерштейна, лишив его де факто практически всех процессуальных прав (см. ст. 35,38 ГПК РФ).

    Геллерштейном направлено в суд большое количество исковых заявлений «О компенсации…».

    4.2             Из более чем 135 поданных в М.И. Гелллерштейном Октябрьский районный суд г. Белгорода заявлений ни одно не принято к производству.

    4.3             Все они не приняты к производству Октябрьским районным судом г. Белгорода, и только и именно, в обход федерального закона   (см. ПП ВС РФ № 25 от 23. 06.2015 г. «О применении…»      

    4.4            Судебная власть Белгородской области совершает аналогичные деяния в обход федерального закона (см. ПП ВС РФ № 25 от 23. 06. 2015 г) систематически и этим систематически создает конфликты интересов, поэтому ОНА (из 135 поданных исковых заявлений 135 уже не приняты судом и по любым другим, которые будут поданы позже, также будет отказано) и должна мне выплатить указанную компенсацию (п. 3 ст. 2 Пакта, ст. 13 Конвенции, ст. 53 Конституции РФ, абзац 3 ч. 1 ст. 27 Закона «О прокуратуре РФ») за каждый эпизод. Для того, что бы узнать, кто из судей Октябрьского районного суда г. Белгорода совершил преступные деяния по недопуску меня к правосудию достаточно обратиться к данным сайта Октябрьского районного суда г. Белгорода https://oktiabrskyblg.sudrf.ru/modules.php?name=sud_delo&srv_num=1&name_op=r&delo_id=1540005&case_​type=0&new=0&G1_PARTS__NAMESS=%C3%E5%EB%EB%E5%F0%F8%F2%E5%E9%ED&g1_case__CASE_NUMBERSS=&g1_case__​JUDICIAL_UIDSS=&delo_table=g1_case&g1_case__ENTRY_DATE1D=&g1_case__ENTRY_DATE2D=&G1_CASE__JUDGE=&g1_​case__RESULT_DATE1D=&g1_case__RESULT_DATE2D=&G1_CASE__RESULT=&G1_CASE__BUILDING_ID=&G1_CASE__COURT_​STRUCT=&G1_EVENT__EVENT_NAME=&G1_EVENT__EVENT_DATEDD=&G1_PARTS__PARTS_TYPE=&G1_PARTS__INN_STRSS=&G1_​PARTS__KPP_STRSS=&G1_PARTS__OGRN_STRSS=&G1_PARTS__OGRNIP_STRSS=&G1_RKN_ACCESS_RESTRICTION__RKN_​REASON=&g1_rkn_access_restriction__RKN_RESTRICT_URLSS=&G1_DOCUMENT__PUBL_DATE1D=&G1_DOCUMENT__PUBL_​DATE2D=&G1_CASE__VALIDITY_DATE1D=&G1_CASE__VALIDITY_DATE2D=&Submit=%CD%E0%E9%F2%E8. В этот перечень входят практически все судьи Октябрьского районного суда

    4.5            Ключевым в рассматриваемых правоотношениях является утверждение суда на право проведения любых судебных действий именно в обход закона (см. ПП ВС РФ № 25 от 23. 06. 2015 г. «О применении…»).

    4.6              И поэтому вновь напоминаем, что «Однако, важно подчеркнуть, что статья 8 не может быть основанием для того, чтобы жаловаться на потерю репутации, которая является предсказуемым следствием собственных действий, таких как, например, при совершении уголовного преступления (…). В Гиллберге (…) Большая палата не ограничивала это правило ущербом для репутации и расширила его для более широкого принципа, согласно которому любые личные, социальные, психологические и экономические страдания могут быть предсказуемыми последствиями совершения уголовного преступления и поэтому на них нельзя опираться при выдвижении жалобы на то, что уголовное осуждение само по себе является вмешательством в право на уважение «частной жизни» (…). Этот расширенный принцип должен охватывать не только уголовные преступления, но и другие проступки, влекущие за собой меру юридической ответственности с предсказуемыми негативными последствиями для «частной жизни» (§ 98 Постановления от 25.09.18 г. по делу «Denisov v. Ukraine»). Также «… Конвенция не может толковаться как требующая от отдельных лиц терпимого отношения в контексте их прав по статье 8 Конвенции к публичным обвинениям в преступных деяниях со стороны государственных должностных лиц, которые, как ожидается, будут располагать проверенной информацией в отношении этих обвинений подтверждающими фактами (…)» (§ 62 Постановления от 20.09.18 г. по делу «Jishkariani v. Georgia»). «Уместность принятых мер следует оценивать по оперативности их осуществления …; использование санкций не должно исключаться в случае незаконного поведения … (…) (§ 37 Постановления от 24.07.18 г. по делу «Vyshnyakovv. Ukraine»). … в то время, как статья не содержит явственных процессуальных требований, процесс принятия решений, связанных с мерами вмешательства, должен быть справедливым и допускать соблюдение интересов, защищённых статьёй 8 (…)… » (§ 53 там же). Мало того, необходимо «… удостовериться в том, что национальные суды при принятии такого решения провели углубленное изучение всей … ситуации и целого ряда соответствующих факторов и провели сбалансированную и разумную оценку соответствующих интересов каждого лица … (…). Неспособность провести достаточно тщательный анализ будет равносильна нарушению статьи 8… » (§ 106 Постановления от 23.10.18 г. по делу «Petrov and X v. Russia»).

    4.7            Октябрьский районный суд г. Белгорода в лице судьи Е.А. Орловой в очередной раз доказал, что в организации, действующей под видом Октябрьского районного суда г. Белгорода умышленно отменены подлежащие применению нормы права и судьи этой организации (см ссылку на сайт суда) наделены правом на безнаказанную преступную деятельность по недопуску М. Геллерштейна к правосудию любым способом, хоть и в обход закона.

     

    5.                    Ничем не обоснованное ограничение прав заявителя – мнение ЕСПЧ об этом.   Требования, подлежащие применению судами Белгородской области в т.ч. и

    5.1                   Эшингдейн против Соединенного Королевства (Ashingdane v the United Kingdom), решение от 28 мая 1985 года 
    «57. . Тем не менее, применяемые ограничения не должны ограничивать или сокращать доступ, оставленный лицам, ищущим правосудия, таким образом, или до такой степени, которая затрагивает существенное содержание этого права. Более того, ограничение будет несовместимым с пунктом 1 статьи 6, если оно не преследует предусмотренной цели и если не соблюдается обоснованный баланс между применяемыми средствами и поставленной целью».  

    5.2                    Девлин против Соединенного Королевства (Devlin v the United Kingdom), 
    решение от 30 октября 2001 года 
    «29. Суд напоминает, что в пункте 1 статьи 6 закреплено «право на суд», одним из аспектов которого является право на доступ, т.е. право возбуждать разбирательство в суде по гражданским делам. Однако это право не является абсолютным. Оно может быть объектом законных ограничений, таких как установленный законом срок исковой давности, обеспечение приказов о покрытии расходов, постановления, относящиеся к положению несовершеннолетних и лиц с психическими заболеваниями. Если для какого- либо лица доступ ограничивается, либо в силу действующего права, либо фактически, Суд рассмотрит вопрос о том, нанесло ли примененное ограничение существенный ущерб содержанию прав и, в частности, преследовало ли оно предусмотренную законном цель и соблюдался ли обоснованный баланс между применяемыми средствами и поставленной целью».                                                       

    5.3                        Элиазер против Нидерландов (Elazer v the Netherlands), решение от 16 октября 2001 года 
    «30. ... право на суд, гарантируемое статьей 6 Конвенции, одним из аспектов которого является право на доступ, не абсолютно. Оно может быть объектом ограничений, в частности, относящихся к условиям приемлемости апелляционной жалобы. Однако эти ограничения не должны ограничивать осуществление права, таким образом, или до такой степени, которая наносила бы ущерб существенному содержанию этого права. Они должны преследовать предусмотренную законом цель и должны сохранять обоснованный баланс между применяемыми средствами и поставленной целью. Кроме того, совместимость ограничений, применяемых во внутригосударственном праве, с правом на доступ к правосудию, гарантированным в статье 6 Конвенции, будет зависеть от конкретных особенностей судопроизводства по делу, при этом следует учитывать все стадии судопроизводства в национальной правовой системе в целом, а также те функции, которые выполняет кассационный суд, в котором требования приемлемости должны быть строже, чем в обычном апелляционном суде».  
    Фогарти против Соединенного Королевства (Fogarty v. the United Kingdom), 
    решение от 21 ноября 2001 года 

    5.4                    «32. В деле Голдер против Соединенного Королевства Суд определил, что процессуальные гарантии, закрепленные в статье 6 и относящиеся к справедливости, публичности и незамедлительности судебного разбирательства, были бы бессмысленными в отсутствие какой бы то ни было защиты предварительного условия для использования этих гарантий - а именно, доступа к суду. Суд установил, что это является неотъемлемым аспектом гарантий, закрепленных в статье 6, ссылаясь на принципы верховенства права и отказа от дискреционных полномочий, которые лежат в основе большинства, положений Конвенции. Таким образом, пункт 1 статьи 6 обеспечивает для каждого человека право предъявить в суд любое правопритязание, связанное с его гражданскими правами и обязанностями.однако право на доступ к суду не является абсолютным, оно может быть объектом ограничений; ограничения допускаются косвенно, так как право на доступ по самой своей природе нуждается в регулировании со стороны государства. В этом отношении Договаривающимся Государствам предоставляется некоторая свобода усмотрения в определенных допустимых
    границах, хотя окончательное решение о соблюдении требований Конвенции принимает Суд. Применяемые ограничения не должны ограничивать или сокращать доступ таким образом, или до такой степени, которая умаляла бы существенное содержание этого права. Более того, ограничение будет несовместимым с пунктом 1 статьи 6, если оно не преследует предусмотренную законом цель и если не соблюдается обоснованный баланс между применяемыми средствами и поставленной целью. Сначала Суд должен рассмотреть вопрос о том, преследует ли ограничение предусмотренную законом цель. В этом отношении он отмечает, что иммунитет суверена является понятием международного права, вытекающим из принципа par in parem non habet imperium [равный над равным не имеет власти], согласно которому суверенное государство не должно быть объектом юрисдикции другого суверенного государства. Суд считает, что предоставление Государству иммунитета суверена в гражданских делах преследует законную цель соблюдения норм международного права для проявления учтивости и содействия установлению хороших отношений между государствами через уважение суверенитета другого государства. Затем Суд должен оценить, было ли ограничение пропорционально поставленной цели. Он напоминает, что Конвенцию следует толковать в свете правил, определенных в Венской конвенции от 23 мая 1969 года о праве международных договоров, и что в пункте 3 (с) статьи 31 Венской конвенции отмечается, что следует учитывать «все соответствующие нормы международного права, применяемые в отношениях между сторонами». Конвенцию, включая статью 6, нельзя интерпретировать в вакууме. Суд должен помнить об особом характере Конвенции как договора о защите прав человека, он также должен учитывать соответствующие нормы международного права. Насколько это возможно, Конвенцию следует толковать в соответствии с другими нормами международного права, частью которых она является, включая нормы, относящиеся к обеспечению иммунитета государства…».

    6.                        Судебная практика РФ по всем отказным определениям Октябрьского районного суда г. Белгорода, вынесенным по аналогичным искам, вскрывающим отказ

    Октябрьского районного суда г. Белгорода исполнять и исполнить нормы ГПК РФ:                                                                                                                6.1           Цитата из определения судьи Е.А. Орловой, примененная Октябрьским районным судом во всех отказных определениях: «Указание в качестве ответчика Минфина РФ не имеет в данном случае определяющего значения, поскольку данный иск не подлежит рассмотрению в порядке гражданского судопроизводства, а подлежит рассмотрению в ином порядке, поскольку никакие действия (бездействия) судей, судебных органов и органов судейского сообщества, за исключением случаев, прямо предусмотренных законом, не могут быть предметом самостоятельного судебного разбирательства в порядке гражданского судопроизводства, поскольку в противном случае это означало бы нарушение принципа независимости судей, их неприкосновенности и подчинения только закону.

           Таким образом, судья приходит к выводу об отказе в принятии иска, поскольку его требования не подлежат рассмотрению и разрешению в порядке гражданского судопроизводства, заявление рассматривается и разрешается в ином судебном порядке путем обжалования судебного постановления в предусмотренном законом порядке (апелляционном, кассационном, надзорном) и сроки».                                                           6.2             Указанная цитата говорит о специфичном для судьи Е.А. Орловой понимании закона, как попытки судьи выдать желаемое ею в обход закона, за требования закона.

    6.3                   Это утверждение судьи Е.А. Орловой вынесено в обход федерального закона (см. ПП ВС РФ № 25 от 23. 06. 2015 г. «О применении…», что подтверждено:Определение Верховного суда   РФ № 31-Г09-14   от 21 июля 2009:

    « Проверив материалы, обсудив доводы частной жалобы, Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации находит обжалуемое определение суда подлежащим отмене по следующим основаниям.

    Разрешая вопрос о принятии искового заявления Ивукова Д.А., судья Верховного суда Чувашской Республики исходил из того, что истцом фактически заявлены требования о возмещении вреда, связанного с исполнением мировым судьей судебного участка № 3 Московского района г. Чебоксары своих должностных обязанностей, а так как в настоящее время в законодательном порядке вопрос об основаниях и порядке возмещения государством вреда, причиненного незаконными действиями (или бездействием) суда (судьи) не урегулирован, также не определены подведомственность и подсудность дел применительно к случаям, когда вина судьи установлена не приговором, а иным судебным решением, руководствуясь ч. 1 п. 1 ст. 134 ГПК РФ, ст. 16 Закона Российской Федерации от 26 июня1992 г. № 3132-1 «О статусе судей в Российской Федерации» и ст. 1070 ГК РФ отказал Ивукову Д.А. в принятии его искового заявления.

    Вместе с тем, судья не принял во внимание, что иск предъявлен не к судье или к суду, а к Министерству финансов Российской Федерации в лице Управления Федерального казначейства по Чувашской Республике, в связи с чем ему следовало на основании ч. 1 ст. 26 ГПК РФ решить вопрос о подсудности Верховному суду Чувашской Республики заявленных Ивуковым Д.А. требований.

    С учетом изложенного обжалуемое определение судьи нельзя признать правильным, поэтому оно подлежит отмене с передачей вопроса на новое рассмотрение в суд первой инстанции.» Согласно разъяснениям Верховного Суда РФ и его опубликованной практике,   они, разъяснения Верховного Суда РФ, по мнению властей РФ, являются частью национального закона (см. Ismayilov v. Russia, no. 30352/03, § 27, 6 November 2008)

           6.4                   Апелляционное определение Волгоградского областного суда по делу № 33 -1376/2014 от 29.01.2014 УСТАНОВИЛА:
    фио, действующий в интересах <.......> фио, обратился в суд с иском к Управлению Федерального казначейства по Волгоградской области о взыскании компенсации морального вреда, выраженного в дискриминации и умышленном затруднении доступа к правосудию.
    Определением судьи Центрального районного суда города Волгограда от 18 ноября 2013 года фио, действующему в интересах <.......> фио, было отказано в принятии искового заявления к Управлению Федерального казначейства по Волгоградской области о взыскании компенсации морального вреда, выраженного в дискриминации и умышленном затруднении доступа к правосудию.
    Не согласившись с вынесенным определением, фио подал частную жалобу, в которой он оспаривает законность и обоснованность судебного постановления, просит его отменить.                                                                     

         Отказывая в принятии искового заявления на основании ст.134 ГПК РФ, судья указал, что по смыслу ст.16 Закона РФ «О статусе судей в Российской Федерации» и ст.1070 ГК РФ, иск к судье может быть заявлен только в случае, если вина установлена вступившим в законную силу приговором суда. ФИО фактически оспариваются действия суда при осуществлении правосудия. Предусмотренные законом условия для возмещения вреда отсутствуют, в связи с чем в принятии искового заявления должно быть отказано.         6.5 Однако с данным выводом судебная коллегия согласиться не может по следующим основаниям.
    Действительно, в настоящее время законодательно не урегулирован вопрос об основаниях и порядке возмещения вреда, причиненного действиями (бездействием) суда (судьи), не определены подведомственность и подсудность дел применительно к случаям, когда вина судьи не установлена приговором.
    Вместе с тем, судья не принял во внимание, что иск фио предъявлен не к судье или суду, а к Управлению Федерального казначейства по Волгоградской области, в связи с чем не имелось оснований для отказа в принятии искового заявления по приведенным в обжалуемом определении основаниям.
    6.6   Аналогичная правовая позиция содержится в определении Верховного Суда Российской Федерации от 21 июля 2009 года № 31-Г09-14.
    При таких обстоятельствах, определение нельзя признать правильным, поэтому оно подлежит отмене, а исковое заявление – направлению в суд для решения вопроса о принятии его к производству.

    6.6                          Определение Конституционного Суда № 278-О-П от 05.03.09 г.:

    «2. Конституция Российской Федерации гарантирует каждому право на возмещение государством вреда, причиненного незаконными действиями (или бездействием) органов государственной власти или их должностных лиц (статья 53), при этом государство обеспечивает потерпевшим от злоупотреблений властью доступ к правосудию и компенсацию причиненного ущерба (статья 52).

    6.6.1     Исходя из этих конституционных положений Гражданский кодекс Российской Федерации закрепляет правило возмещения государством вреда, причиненного при осуществлении правосудия, согласно которому такой вред возмещается в случае, если вина судьи установлена приговором суда, вступившим в законную силу (пункт 2 статьи 1070). В силу правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, выраженной в Постановлении от 25 января 2001 года N 1-П, данное положение Гражданского кодекса Российской Федерации, как предусматривающее возмещение государством вреда, причиненного при осуществлении правосудия посредством гражданского судопроизводства в результате принятия незаконных судебных актов, разрешающих спор по существу, не может служить основанием для отказа в возмещении государством вреда, причиненного при осуществлении гражданского судопроизводства в иных случаях (а именно когда спор не разрешается по существу) в результате незаконных действий (или бездействия) суда (судьи), в том числе при нарушении разумных сроков судебного разбирательства, - если вина судьи установлена не приговором суда, а иным соответствующим судебным решением.

    6.6.2       Как следует из материалов, представленных в Конституционный Суд Российской Федерации С.И. Ивентьевым, отказывая ему в принятии искового заявления со ссылкой на пункт 1 части первой статьи 134 ГПК Российской Федерации, суды исходили из того, что до настоящего времени не выполнено предписание Конституционного Суда Российской Федерации, содержащееся в пункте 3 резолютивной части Постановления от 25 января 2001 года N 1-П, согласно которому Федеральному Собранию надлежит урегулировать в законодательном порядке основания и порядок возмещения государством вреда, причиненного незаконными действиями (или бездействием) суда (судьи), а также определить подведомственность и подсудность таких дел применительно к случаям, когда вина судьи установлена не приговором, а в ином судебном порядке.

    6.6.3         Между тем данное обстоятельство не может служить основанием для отказа в принятии искового заявления, поскольку не означает, что до установления соответствующих специальных законодательных норм не могут применяться ОБЩИЕ правила об основаниях и порядке возмещения государством вреда, как и о подведомственности и подсудности дел, возникающих из гражданских правоотношений. 6.6.4       Иное истолкование указания Конституционного Суда Российской Федерации приводило бы к отказу гражданам в доступе к правосудию и компенсации государством причиненного ущерба (Определение Конституционного Суда Российской Федерации от 27 мая 2004 года N 210-О об отказе в принятии к рассмотрению жалобы гражданина А.С. Черничкина на нарушение его конституционных прав Постановлением Конституционного Суда Российской Федерации от 25 января 2001 года N 1-П).

    6.6.5               Пункт 1 части первой статьи 134 ГПК Российской Федерации предусматривает, что судья может отказать в принятии заявления в случае, если оно не подлежит рассмотрению и разрешению в порядке гражданского судопроизводства, а рассматривается и разрешается в ином судебном порядке. Между тем в силу статьи 22 ГПК Российской Федерации дела о возмещении государством вреда, причиненного незаконными действиями (или бездействием) суда (судьи), относятся к подведомственности судов общей юрисдикции, поскольку в порядке гражданского судопроизводства они рассматривают возникающие из гражданских правоотношений дела О ЗАЩИТЕ нарушенных или оспариваемых прав, свобод и охраняемых законом интересов с соблюдением правил подсудности, предусмотренных статьями 23 - 32 данного Кодекса, - при том что никакого иного судебного порядка рассмотрения и разрешения данной категории дел действующее законодательство не предусматривает.

    6.6.6         Данный вывод вытекает и из правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, неоднократно выраженной им в своих решениях, по смыслу которой отсутствие общих или специальных правил, установленных процессуальным законом для рассмотрения каких-либо конкретных дел, само по себе не может являться основанием для отказа в защите нарушенных прав, поскольку в таких случаях должны непосредственно применяться нормы Конституции Российской Федерации (определения от 22 мая 1997 года N 75-О, от 21 марта 2002 года N 42-О, от 27 мая 2004 года N 210-О, Постановление от 14 июля 2005 года N 9-П), тем более что право на возмещение государством вреда, причиненного незаконными действиями (или бездействием) суда (судьи), непосредственно подтверждено Постановлением Конституционного Суда Российской Федерации от 25 января 2001 года N 1-П. Соответственно, судами должны приниматься все надлежащие меры к реализации данного решения Конституционного Суда Российской Федерации.

    6.6.7       Таким образом, положение пункта 1 части первой статьи 134 ГПК Российской Федерации об отказе в принятии искового заявления в случае, если заявление не подлежит рассмотрению и разрешению в порядке гражданского судопроизводства, поскольку рассматривается и разрешается в ином судебном порядке, - по своему конституционно-правовому смыслу в системе норм действующего гражданского процессуального законодательства и с учетом правовой позиции, выраженной Конституционным Судом Российской Федерации в Постановлении от 25 января 2001 года, в Определении от 27 мая 2004 года N 210-О и настоящем Определении - не предполагает отказ судьи в принятии искового заявления о возмещении государством вреда, причиненного при осуществлении гражданского судопроизводства в случаях, когда спор не разрешается по существу вследствие незаконных действий (или бездействия) суда (судьи), в том числе при нарушении разумных сроков судебного разбирательства, если вина судьи установлена не приговором суда, а иным соответствующим судебным решением. Иное истолкование данного законоположения приводило бы к отказу гражданам в доступе к правосудию и компенсации государством причиненного ущерба и тем самым - к нарушению прав, гарантированных статьями 46, 52 и 53 Конституции Российской Федерации.

     

    7.                                         Разъяснение суду обязанности исполнения закона судом

    7.1                                             Ниже специально изготовленное для   Октябрьского районного суда г. Белгорода

                                          разъяснение закона прямого действия определения КС РФ № 42 – О от 25.01.2005 г.

    7.2         О требованиях к форме и содержанию ответов судьи на процессуальные обращения

    граждан в форме заявления, ходатайства, жалобы и т.п.;

    7.3         О признаках законного, обоснованного и мотивированного решения в смысле ст. 195 ГПК РФ.

    7.4         Из Определения Конституционного Суда РФ от 25 января 2005 г. N 42-О впервые выводится определение понятия «мотивированное решение» в смысле ст. 195 ГПК РФ (по аналогии) – отметим сразу, что неопровержение доводов заявления, обращения, ходатайства -

    это есть основание для отмены решения.

    7.5         При разъяснении определения КС РФ № 42- О от 25.01.2005 г. применена аналогия права.

    7.6          Принципом гражданского судопроизводства является установленный ст. 195 ГПК РФ принцип законности, согласно которому, в частности, «решение суда должно быть законным и обоснованным».

    Конституционно-правовой смысл положений статей ГПК РФ, устанавливающих

    требования к форме и содержанию ответов судей по процессуальным обращениям граждан, раскрыт Конституционным Судом в Определении от 25.01.05 г. № 42-О (далее - Определение № 42).

    7.7           Из Определения Конституционного Суда № 42-О видно:

    Положения ст. ст. 33, 46 (ч.1-2), 45 (ч.2), 21 (ч.1) Конституции, положения ст. ст. 123, 124,

    125, 388, 408 (ч.3) в единстве со ст. 195 ГПК РФ, в их конституционно-правовом толковании, данном Конституционным Судом, гарантируют гражданину не только право подать обращение, но и право получить на обращение адекватный ответ: гарантируют право получить на обращение, заявление, ходатайство законное, обоснованное и мотивированное должным образом процессуальное решение должностного лица, суда.

    Если ответ суда, должностного лица неадекватен - то есть, если по обращению не

    принято процессуальное решение или принято незаконное, необоснованное или немотивированное процессуальное решение, - то нарушаются конституционные права гражданина, установленные ст. ст. 33, 46 (ч.1-2), 45 (ч.2), 21 (ч.1) Конституции (п.2 абз.5 Определения № 42). В частности, нарушается конституционное право на судебную защиту, установленное ст. 46 (ч.1) Конституции.

    То есть право получить законное, обоснованное и мотивированное процессуальное решение суда– это есть обязательный элемент права на судебную защиту, установленного ст. 46 Конституции.

    Иное конституционно-правовое толкование Конституционным Судом указанных положений федерального закона превратит в насмешку конституционные права граждан, установленные ст. ст. 33, 46 (ч.1-2), 45 (ч.2), 21 (ч.1) Конституции, и конституционные обязанности должностных лиц, судов, установленные ст.2 Конституции («Признание, соблюдение и защита прав и свобод человека и гражданина - обязанность государства»). Ибо позволит судам, не удовлетворяя законные требования обращений, заявлений, ходатайств граждан, давать неадекватные, абсурдные, унижающее достоинство личности ответы.

    7.8             Указанные положения федерального закона, в их конституционно-правовом толковании

    Конституционным Судом, устанавливают требования к форме и содержанию ответа, устанавливают следующие критерии адекватности, законности ответа, обязательные признаки законного, обоснованного и мотивированного решения должностного лица, суда.

    1) Гражданин имеет «право получить на … заявление, обращение, ходатайство

    адекватный ответ. Применительно к гражданскому судопроизводству это означает необходимость принятия по заявлению, обращению, ходатайству предусмотренного законом процессуального решения, которое должно быть законным, обоснованным и мотивированным» (п.2 абз.5 Определения № 42).

    По заявлениям, обращениям, ходатайствам граждан предусмотрено принятие судами

    процессуальных решений, именуемых определениями. Эти процессуальные решения являются

    резолютивной частью процессуальных документов именуемых соответственно «Определение».

    Следовательно, гражданин имеет право получить на заявление, обращение,

    ходатайство ответ в документальной форме процессуального документа «Определения»,

    процессуальное решение, которое должно быть законным, обоснованным и мотивированным.

    Это требование к форме решения, к форме документа, в котором принимается решение,

    устанавливает: первый критерий адекватности, законности ответа - обязательный признак

    законного решения.

    Конституционный Суд указал: «…прокурор, а также следователь, дознаватель... должны подчиняться предусмотренному УПК РФ порядку уголовного судопроизводства (ч.2 ст.1),.. они обязаны … принимать решения в соответствии с требованиями законности, обоснованности и мотивированности (ст. 7). …

    Каких-либо положений, допускающих освобождение прокурора, следователя, дознавателя от выполнения этих обязанностей, УПК РФ … не содержит» (п.3 абз.3 Постановления от 29.06.04 г. № 13-П).

    Иное конституционно-правовое толкование требований федерального закона к форме решений, к

    форме документа, в котором принимается решение, позволяет судам принимать решения в

    документальной форме «письма», и, как следствие, позволяет игнорировать требования федерального закона о законности, обоснованности и мотивированности решений. То есть позволяет принимать по законным требованиям заявлений, обращений, ходатайств граждан отказные решения без их обоснования или с абсурдным обоснованием, и, как следствие, конституционные права граждан, установленные ст. ст. 33, 46 (ч.1-2), 45 (ч.2), 21 (ч.1) Конституции, и конституционные обязанности должностных лиц и судов,

    установленные ст. 2 Конституции, превращаются в насмешку. (Часто используется следующая уловка. Поскольку документ «письмо», в отличие от процессуального документа «определения», может не содержать и, как правило, не содержит обоснования решения, то должностное лицо, не желая удовлетворять законные требования обращения гражданина, не принимает процессуальное решение в форме резолютивной части процессуального документа «обращения», а принимает отказное решение в документальной форме «письма», и как следствие, отказное решение вообще не обосновывается).

    7.9               Примечание. Нельзя смешивать несовместимые, несравнимые понятия, обозначаемые

    одним и тем же словом «определение»: «определение» - процессуальный документ; «определение» - процессуальное решение, которое содержится в резолютивной части процессуального документа «определения». Эти понятия находятся в отношении целое и часть.

    Недобросовестные судьи стараются смешать, отождествить эти понятия.

    2) Указанные положения Конституции, ГПК РФ требуют от судов «обязательность фактического и правового обоснования принимаемых ими решений» (п.2 абз.2 Определения № 42). Отказные процессуальные документы «Определения» должны содержать «фактические и правовые мотивы (основания) отказа в удовлетворении заявленных требований» (п.2 абз.3 Определения № 42);

    «мотивировка (обоснование) решения … во всяком случае должна основываться … на нормах материального и процессуального права» (п.2 абз.3 Определения № 42).

    То есть отказные процессуальные документы «Определения» должностных лиц, судов по

    заявлениям, обращениям, жалобам граждан на ответы нижестоящих должностных лиц, судов должны содержать (1) достоверные законоположения, с указанием на конкретные статьи конкретного закона (правовые основания) и (2) предусмотренные в этих законоположениях обстоятельства, установленные должностным лицом, судом как факты (фактические основания), из которых с логической необходимостью следует вывод-тезис: обжалуемое решение – это законное, обоснованное и мотивированное решение. Это требование к содержанию отказных процессуальных документов «Определений» устанавливает: второй критерий адекватности, законности ответа; обязательный признак законного и обоснованного отказного решения.

    7.10               Иное конституционно-правовое толкование требований вышеуказанных статей Конституции, ГПК РФ к содержанию «Определений» позволяет судам на законные требования обращений граждан составлять отказные процессуальные документы «Определения» без мотивировочной (обосновательной) части или с абсурдным содержанием мотивировочной части, то есть позволяет должностным лицам и судам принимать незаконные, необоснованные отказные решения, и как следствие, конституционные права граждан, установленные ст. ст. 33, 46 (ч.1-2), 45 (ч.2), 21 (ч.1) Конституции, и конституционные обязанности должностных лиц, судов, установленные ст.2 Конституции, превращаются в насмешку. Кроме того, это запрещено и судебным актом ЕСПЧ.

    Замечание. Очевидно, что в Определении № 42 термины «основания», «обоснование», «обоснованный довод», «обоснованное решение» соответствуют понятиям в «Теории доказательства (обоснования) и опровержения».

    3) Процессуальные решения должностных лиц, судов по обращениям граждан «должны быть законными, обоснованными и мотивированными». Общеизвестно, понятие «обоснованное решение» и понятие «мотивированное решение» – это несовместимые понятия. В ГПК РФ (а также в юридической литературе) нет определений (ни в каком виде) понятий «обоснованное решение», «мотивированное решение»; не указаны признаки обоснованного решения, мотивированного решения.

    Это дает возможность недобросовестным судьям обозвать решение, обоснование которого явно абсурдно, законным, обоснованными мотивированным решением.

    7.11                 Однако в Определении № 42 Конституционный Суд указал признаки обоснованного решения (см. выше подпункт 2), которые соответствуют понятию «обоснованное решение» в «Теории доказательства (обоснования) и опровержения». И, самое главное, он указал признак мотивированного отказного решения:

    « решения могут быть вынесены только после … опровержения доводов, выдвигаемых … в жалобах …» (п.2 абз.3 Определения № 42). В отказном процессуальном документе «Определении» должны быть указаны «… конкретные, достаточные с точки зрения принципа разумности, основания (мотивы), по которым… (все) доводы отвергаются …»

    (п.1 абз.1 резолютивной части Определения № 42) - это требование к содержанию процессуальных документов «Определений» устанавливает: третий критерий адекватности, законности ответа; обязательный признак мотивированного отказного решения.

    Из контекста Определения № 42 видно, что требование опровергнуть в отказном ответе все доводы означает опровергнуть в отдельности каждый довод. Такое понимание соответствует также «Теории доказательства и опровержения», согласно которой достоверный вывод «все доводы жалобы необоснованны (несостоятельны)» может быть получен только в результате полного индуктивного умозаключения, то есть путем опровержения в отдельности каждого довода-вывода обращения.

    Итак, отказное решение является мотивированным, если отказной процессуальный документ «Определение» содержит опровержение в отдельности каждого довода обращения.

    «..не опровергнутые же доводы … могут толковаться только в пользу (лица, подавшего жалобу) ….» (п.2 абз.3 Определения № 42) – это означает, что если довод-вывод не опровергнут, то довод-вывод обращения должен считаться обоснованным (истинным).

    Конституционный Суд в Определении № 42 указал на конституционное право граждан спорить с судами. Иное конституционно-правовое толкование Конституционным Судом требований к содержанию отказных «Определений» превратит конституционное право граждан спорить с судами в насмешку: приводить в обращениях доводы, опровергающие выводы-суждения должностных лиц, судов, то есть спорить с ними, было бы бессмысленно, ибо доводы отвергались бы без опровержения, т.е. так, как оно сегодня и происходит.

    7.12                     Порядок опровержения выводов-доводов устанавливается «Теорией доказательства и опровержения», согласно которой опровергнуть вывод-довод значит доказать его необоснованность или ложность. То есть доказать необоснованность или ложность хотя бы одного из аргументов, которыми обосновывается вывод-довод, или доказать, что из аргументов, которыми обосновывается вывод-довод, не следует с логической необходимостью вывод-довод. Если же для обоснования довода не приводятся никакие аргументы, а поэтому довод нельзя назвать выводом, то довод опровергается указанием на его очевидную голословность, необоснованность.

    Примечание: В Определении № 42 термин «довод» тождественен термину «вывод», но не

    является синонимом термина «аргумент». Ибо аргументы, которыми обосновывается довод-вывод, могут быть истинными, а поэтому не могут опровергнуты, и не должны опровергаться. При этом в отказном ответе каждый довод - вывод должен опровергнут; например, путем указания на то, что хотя аргументы истинны, но из них не следует с логической необходимостью вывод-довод, а, следовательно, довод-вывод необоснован.

    «Принцип разумности», на который указал Конституционный Суд в Определении № 42, предполагает, что должностные лица, суды в отказных «Определениях» при обосновании

    своих выводов-суждений, а также при опровержении выводов-доводов обращения обязаны соблюдать требования «Теории доказательства (обоснования) и опровержения», и требования правил формальной логики, в частности. Ибо только при соблюдении требований законов и «Теории доказательства (обоснования) и опровержения», требований законов и правил формальной логики выводы-суждения могут быть обоснованными (достоверными). (Если даже всего один вывод- суждение суда необоснован, а значит недостоверен, то, и преступник может оказаться на свободе, а безвинный - в тюрьме.

    В Определении № 42 Конституционный Суд указал на конституционное право граждан

    спорить с должностными лицами, судами, а также указал: «…решения могут быть вынесены только после … опровержения доводов, выдвигаемых … в жалобах …», «…не

    опровергнутые же доводы … могут толковаться только в пользу (лица, подавшего жалобу)...

    7.13                     Отказ от … оценки обоснованности доводов … в жалобах … на решения судов (должностных лиц)… создает преимущества для стороны (решение, которой оспаривается) …» (см. выше п.2 абз.3 Определ. № 42).

    «… отказ от … оценки обоснованности доводов … в жалобах … на судебные решения (решения должностных лиц) … создает преимущество для стороны (решение, которой обжалуется)… Это не согласуется с конституционными принципами состязательного правосудия, включая строгое разграничение функций …(сторон) и суда, обеспечивающее … беспристрастное рассмотрение и разрешение дела» (п.3 абз.2 Определения КС РФ от 08.07.04 г. № 237).

    Из изложенного следует, что бездействие суда, должностного лица по исполнению требований федерального закона, в их конституционно-правовом толковании Конституционным Судом в Определении № 42, а именно, отказ суда от оценки, от опровержения в процессуальном документе доводов заявления, обращения, жалобы гражданина, то есть бездействие, которое «создает преимущество для стороны», ответ которой оспаривается, - это есть признак пристрастности суда, должностного лица в споре.

    Вышеуказанные должностные лица любой инстанции, суды, в том числе надзорные судьи и председатели судов всех инстанций, по заявлениям, обращениям, жалобам граждан на ответы, решения нижестоящих должностных лиц, судов обязаны принимать процессуальные решения в форме резолютивной части процессуальных документов «Определений». Эти процессуальные документы должны содержать мотивировочную и резолютивную части. Мотивировочная часть отказных процессуальных документов должна содержать: а) доказательство (обоснование) тезиса «обжалуемое решение – это законное, обоснованное и мотивированное решение»; б) опровержение в отдельности каждого довода жалобы.

     

       8.                                                                     Право на компенсацию

             Расширенное толкование смотри приложение к настоящему исковому заявлению

     

    8.1                   Нарушение прав влечет право на компенсацию.

    «…если ставится вопрос о доказуемом нарушении одного или нескольких прав, предусмотренных Конвенцией, статья 13 Конвенции ТРЕБУЕТ, чтобы для жертвы был доступен механизм установления ответственности государственных должностных лиц или органов за это нарушение». ( §§ 84, 85 Постановления от 03.03.11г. по делу «Царенко против Российской Федерации »)

     

    8.2                   В § 19 Постановления ЕСПЧ от 07.11.2017 "Дело "Бамбаев (Bambayev) против Российской Федерации" (жалоба N 19816/09) :

    «Что касается довода ответчиков о том, что их вина не была предварительно установлена постановлением суда, городской суд отметил, что наличие такого постановления не является необходимым условием для применения статьи 1069 Гражданского кодекса Российской Федерации и что незаконность действий сотрудника государственных органовследует устанавливать на основе фактических обстоятельств каждого гражданского дела, рассматриваемого судом.»

                   Таким образом, фактические обстоятельства причинения вреда истцу, нарушения прав истца конкретными действиями и бездействием государственных органов ( третьих лиц) являются предметом данного иска и это носит преюдициальный характер.

     

             8.3                   В § 103 Постановления ЕСПЧ от 15.10.15 г. по делу «Л.М. против России» предписано:

    «в случае наличия нескольких средств судебной защиты, которыми человек может воспользоваться, он имеет право выбирать то, которое соответствует его основной проблеме».

    «там, где можно продемонстрировать, что средства правовой защиты используются во благо людей и предоставляют им реальную возможность успешно предотвращать нарушения Конвенции, такие средства правовой защиты следует задействовать» (Chypre с. Тигquie, 91).

     

    8.4                   В § 109 Постановления Большой Палаты Европейского Суда от 10.05.01 г. по делу "Z и другие против Соединенного Королевства"   он указал:

     

    «статья 13 Конвенции, которая требует доступности механизма установления ответственности должностных лиц или органов государства за действия или бездействие, нарушающее Конвенцию, и что частью совокупности доступных средств правовой защиты должна быть компенсация связанного с этим морального вреда»

    8.5                 Это же следует и из разъяснений ЕСПЧ в § 16 Постановления от 16.09.10 г. по делу «Черничкин против Российской Федерации»:

    «Лицо должно иметь возможность получить компенсацию за ЛЮБОЙ ущерб, причиненный нарушением его права на справедливое судебное разбирательство в значении статьи 6 Конвенции».

     

    9.                     В соответствии со ст. 2, ч.ч. 1, 2, 4 ст. 15, ст. ст. 17, 18, ч.ч. 1, 2 ст. 19, ст. ст. 21, 29, ст. 30, ст. 33, ст. 35, 45, ч.ч. 1, 2 ст. 46, ст. ст. 52, 53, 55, ч. 3 ст. 56, ст. 64, ст. 120, ч. 3 ст. 123 Конституции РФ, ч. 1 ст. 11, абз. 2, 3, 9, 11, 13, 14 ст. 12, ст. ст. 151, 1069, 1071, 1099-1101 ГК РФ, статей 1, 3, п. 1 ст.6, ст. 11, 13, 17, 18 ЕКПЧ и п. 1 протокола 1 Конвенции, п. 2 ст. 4 протокола 7 ЕКПЧ, «Основными принципами и руководящими положениями, касающимися права на правовую защиту и возмещение ущерба для жертв грубых нарушений международных норм в области прав человека и серьёзных нарушений международного гуманитарного права», ст. 35 Конвенции ООН против коррупции

    9.1                 В соответствии со ст. 151, 1069, 1071 ГК РФ, ст. 53 Конституции РФ, ст. 6, 13 ЕКПЧ, Постановлением Конституционного Суда РФ от12мая1998года №14-П, Постановлением Конституционного Суда РФ от11мая 2005года№5-П, Постановлением Конституционного Суда РФ от27 мая 2008года№8-П, Постановлением Конституционного Суда РФ от14 июля 2005года№8-П, Постановлением Конституционного Суда РФ от26 декабря 2005года№14-П, Постановлением Конституционного Суда РФ от25марта 2008года№6-П; Определением Конституционного Суда РФ от4 июня 2009 года№1005-О -О, Определением Конституционного Суда РФ от8 апреля2010года№524-О-П, Определением Конституционного Суда РФ от2ноября 2011года№1463-О-О, Определением Конституционного Суда РФ от17 января2012года№149-О-ООпределением Конституционного Суда РФ от2июля 2015года№1540-О-О Определением Конституционного Суда РФ от26мая2011г. №685-0-0/2011 Постановлением ЕСПЧ от 16 сентября 2010года по жалобе №39874/03 по делу «Черничкин против России», Постановлением от10 мая 2012 по жалобе №35368/04 «Чекилиди против России», Постановлением от 07.06.11г. по жалобе «Рябикин против Российской Федерации»                                                                                                                              9.2 По доказанному факту нарушения прав, гарантированных п. 1 ст. 6, ст. 11, ст. 13, ст. 17, ст. 18 ЕКПЧ, п. 2 ст. 4 протокола 7 ЕКПЧ прошу взыскать с Министерства Финансов РФ за счет Казны РФ компенсацию в пользу истца в размере 1 000 000 руб.

     

                           Приложение: судебный акт, заверенный УКЭП

                           Дополнительное толкование

     

             _________.2020 г.                       Подписано УКЭП                      М. Геллерштейн

     

     

     

     

     

    Комментировать

    осталось 1185 символов
    пользователи оставили 4 комментария , вы можете свернуть их
    Марк Геллерштейн # написал комментарий 29 июля 2020, 14:03
    Иск грамотен по его существу и оспорен быть не может.
    За 6 базовых исков по неисполнению судом требований ГПК РФ суд присудил согласно ст. 159 ГПК РФ 6*5 = 30 т.р. штрафов за неуважение суда в судебных заседаниях, которых никогда не было.
    татьяна петрова # написала комментарий 29 июля 2020, 15:46
    Марк ,а выстави вердикт на этот иск -на что суд ссылается
    в обосновании штрафа и т.д......-очень интересно.

    Возможно далее -пойду твоим путем -после апелляции .в конце августа -сент.
    Марк Геллерштейн # ответил на комментарий татьяна петрова 29 июля 2020, 16:05
    Он ни на что не ссылается = хорошо
    • Регистрация
    • Вход
    Ваш комментарий сохранен, но пока скрыт.
    Войдите или зарегистрируйтесь для того, чтобы Ваш комментарий стал видимым для всех.
    Код с картинки
    Я согласен
    Код с картинки
      Забыли пароль?
    ×

    Напоминание пароля

    Хотите зарегистрироваться?
    За сутки посетители оставили 584 записи в блогах и 5097 комментариев.
    Зарегистрировалось 163 новых макспаркеров. Теперь нас 5029560.
    X