Как они любили Россию

    Эту статью могут комментировать только участники сообщества.
    Вы можете вступить в сообщество одним кликом по кнопке справа.
    Михаил Липягов написал
    1 оценок, 735 просмотров Обсудить (1)

    Обращение Главы
    Российского Императорского Дома
    Государя Великого Князя
    Владимира Кирилловича

    В этот грозный час, когда Германией и почти всеми народами Европы объявлен крестовый поход против коммунизма-большевизма, который поработил и угнетает народ России в течение двадцати четырех лет, Я обращаюсь ко всем верным и преданным сынам нашей Родины с призывом: способствовать по мере сил и возможностей свержению большевистской власти и освобождению нашего Отечества от страшного ига коммунизма.

    Владимир
    Сен-Бриак,
    26 июня 1941г.


    Объективности ради следует сказать, что Владимир Кириллович был отнюдь не единственным представителем российской императорской семьи, кто откровенно поддерживал нацистов. К примеру, князь императорской крови Гавриил Константинович (сын великого князя Константина Константиновича) также восхищался успехами фюрера. 12 августа 1940 года в письме к генерал-лейтенанту Николаю Головину он писал: «Вчера в кинематографе мы видели торжественное заседание рейхстага и возвращение, триумфальное, войск в Берлин. Потрясающая картина.

    У меня от волнения навернулись слезы… Приезд «его» (то есть Гитлера. – Авт.) в рейхстаг потрясающ. Дивные автомобили, сверкающие чистотой, восторженная толпа. Сам, сама простота, никакой рисовки, при этом величие и сила». Гавриил Константинович выражал и удовлетворение успехами фашистов в других странах Европы. 16 октября 1940 года он писал тому же адресату: «Я очень рад, что короля румынского Кароля попросили удалиться. Он очень слабый тип и бог знает что делал в Румынии в сообществе со своей жидовкой Лупеску… Мне кажется, что теперь в мире добро победило зло и началась пора света».

    Впрочем, для самих претендентов на российский престол «пора света» так и не наступила. Нацисты откровенно дали понять, что совершенно не планируют предоставлять завоеванной ими части России какую-либо независимую форму правления, тем более монархическую.

    Более того, еще в марте 1941 года в дневнике штаба оперативного руководства Верховного командования вермахта была сделана запись о целях оккупационного режима на территории СССР. Среди прочего в документе отмечалось: «Социалистические идеи в нынешней России уже невозможно искоренить… Еврейско-большевистская интеллигенция, представляющая собой угнетателя народа, должна быть устранена со сцены. Бывшая буржуазно-аристократическая интеллигенция, если она еще и есть, в первую очередь среди эмигрантов, также не должна допускаться к власти. Она не воспримется русским народом, и, кроме того, она враждебна по отношению к немецкой нации».

    Итак, нацисты использовали Владимира, даже не пообещав ему ничего взамен. С таким положением вещей он, похоже, смирился. Забавно при этом, что советская пропаганда в самом начале Великой Отечественной войны довольно активно эксплуатировала тему потенциального возрождения нацистами царизма в России. На одном из плакатов 1941 года было, к примеру, размещено стихотворение, которое начиналось так: «В германском обозе волненье не зря,– / Фашисты везут для России царя. / Сидит он, качаясь на тощем коне, / И спьяну в Москве себя видит – во сне…»

    Помимо веселого времяпрепровождения в парижских ресторанах, Владимир Кириллович принимал участие в финансировании «восточных батальонов», переброшенных в середине войны на Западный фронт, во Францию.

    На Восточном же фронте известна, пожалуй, лишь одна попытка формирования коллаборационистского русского монархического подразделения. В 1943 году активист организации «Российский Имперский Союз-Орден» Н. И.Сахновский с двадцатью единомышленниками, проживавшими в Бельгии, поступили добровольцами в штурмовую бригаду войск СС «Валлония». В составе бригады Сахновский создал отряд из советских военнопленных, названный «Российским народным ополчением». По прибытии на оккупированную территорию СССР, в Корсунь-Шевченковский район, Сахновский попытался развернуть монархическую пропаганду среди местного населения, не имевшую, однако, сколько-нибудь заметного отклика.

    «Ополченцы» носили нарукавный шеврон в виде православного восьмиконечного креста с надписью «Сим победиши». Единственная боевая операция, в которой «ополчение» приняло участие, произошла при случайном столкновении с наступающей советской пехотой. Большая часть солдат погибла, остальные вместе с валлонскими эсэсовцами были выведены в тыл и расформированы. Часть из них осталась в рядах формируемой 28 й гренадерской дивизии СС «Валлония» под командованием Леона Дегреля, остальные демобилизовались.

    Что касается Владимира, то, всерьез опасаясь за свою жизнь, он перед освобождением Франции успел эвакуироваться в Германию, в Аморбах. В самом конце войны, спасаясь уже от наступающих советских войск, великий князь в компании Жеребкова оказался в Тироле. В первые дни мая они присоединились к колонне отступающей 1-й Русской национальной армии генерал-майора Бориса Хольмстон-Смысловского. Последний был кадровым немецким разведчиком и, заручившись поддержкой американцев, выводил на Запад ценные кадры русских коллаборационистов-диверсантов.

    Интересно, что вместе с Владимиром и Жеребковым оказались и руководители французского пронацистского режима Виши – маршал Анри Петен и Пьер Лаваль.

    В ночь со 2 на 3 мая 1945 года армия Смысловского перешла границу нейтрального княжества Лихтенштейн. Здесь русские пособники нацистов были интернированы и впоследствии избежали выдачи СССР. Что касается французов и Владимира, то власти княжества наотрез отказались предоставлять им убежище – все они были выданы представителям 1 й французской армии маршала Жана де Латра де Тассиньи. Великий князь в последний момент успел бежать на территорию Австрии, откуда по счастливой случайности ему удалось улететь на самолете в Испанию.

    По другой версии, Лаваля и Петена, а также Жеребкова сдал французам сам Владимир Кириллович – в обмен на собственную неприкосновенность и разрешение на вылет в Испанию. Там его уже ждала его тетка – инфанта Беатриса.
    Побег во франкистскую Испанию, несомненно, спас Владимира Кирилловича от возможного возмездия за коллаборационистскую деятельность. Еще в течение почти десяти лет он не рисковал выезжать за пределы Испании…

    Дмитрий Жуков, Иван Ковтун
    «Совершенно секретно», №28/357, 6 августа 2015
    Новости парнеров

    Комментировать

    осталось 1185 символов
    пользователи оставили 1 комментарий , вы можете свернуть их
    • Регистрация
    • Вход
    Ваш комментарий сохранен, но пока скрыт.
    Войдите или зарегистрируйтесь для того, чтобы Ваш комментарий стал видимым для всех.
    Код с картинки
    Я согласен
    Код с картинки
      Забыли пароль?
    ×

    Напоминание пароля

    Хотите зарегистрироваться?
    За сутки посетители оставили 570 записей в блогах и 6619 комментариев.
    Зарегистрировалось 15 новых макспаркеров. Теперь нас 5030276.