Преступная поспешность. Чем обернулась приватизация квартир

    Эту статью могут комментировать только участники сообщества.
    Вы можете вступить в сообщество одним кликом по кнопке справа.
    Галина Иванова перепечаталa из www.forbes.ru
    2 оценок, 146 просмотров Обсудить (5)

    Фото Татьяны Тимирхановой / Интерпресс / ТАСС

     

    Максим Артемьев Forbes Contributor

     

    Спустя 25 лет недостатки жилищной приватизации становятся все более и более заметными и непосредственно влияют на текущую жилищную политику. Проведение поквартирной приватизации вне принципа единства домового пространства и земельного участка оказалось преступно неосмотрительным

    Из трех видов приватизации, проводившейся в первой половине 90-х годов — «большой» (ваучерной), «малой» и жилищной — последняя, пожалуй, вызывала меньше всего претензий, и порождала наибольшее общественное одобрение. Люди почти даром получали в полную собственность квадраты, которые могли продать, завещать, обменять и т.д.

    Однако сегодня, спустя четверть века, недостатки избранной формы приватизации становятся все более и более заметными и непосредственно влияют на текущую жилищную политику. Проведение поквартирной приватизации вне принципа единства домового пространства (и земельного участка) было преступно неосмотрительным, путем в тупик, куда мы и зашли в итоге.

    В мире известно три основных формы владения многоквартирными домами (а именно они составляли большую часть жилого фонда к моменту распада СССР) — муниципальная, частновладельческая («доходные дома») и совместная («кондоминиумы»). Разумеется, это некоторое упрощение, но все многообразие правовых форм сводится именно к этому набору. «Муниципальные» дома могут принадлежать армии, благотворительным обществам, корпорациям и т.п., но суть их не меняется — это обеспечение недорогим жильем тех, кто не может или не желает его покупать. Вторые теоретически могут быть не частными, но преследовать целью получение прибыли от сдачи в аренду. В третьем же случае люди владеют домом «для себя».

     

     

    В России в результате приватизации возник вид собственности, нигде в мире более неизвестный — так называемые «конгломераты», как их называют известные исследователи Владимир Самошин и Сергей Глазунов. Их отличительной особенностью является то, что в одном здании могут быть и частные, и не частные квартиры. Жильцов ничего не объединяет кроме факта совместного проживания, а формально решения принимает некое «собрание собственников», не имеющее даже юридического лица.

     

    Плохо это не тем, что нарушает «мировые стандарты», а тем, что препятствует эффективной жилищной политике. Мы уже писали о таких негативных следствиях — продолжение массовой высотной застройки социалистического времени, причем не только в центре городов, но и за их пределами— как в Подмосковье. Московская реновация в итоге означает снос и замену пятиэтажных хрущевок высотными жилыми домами, то есть дальнейшее уплотнение городского пространства, увеличение нагрузки на территорию — там, где проживало условно сто человек, теперь будет жить триста и более.

    Продолжает искусственно поддерживаться социальное перемешивание («сантехник и профессор в одном подъезде») — в новостройки въезжают т.н. «муниципалы», которым квартиры покупает/предоставляет мэрия, да и среди покупателей за свои деньги есть самая разная публика — и дети богатых родителей, желающие погромче повеселиться; провинциалы, приобретшие жилье в большом городе на перспективу или местные, с инвестиционными целями, — и те, и другие пока не планируют жить сами, а хотят сдавать квартиры. В итоге жильцов ничто не объединяет, интересы у них разные, управлять домом они не хотят и не способны. Каждый воспринимает как «свое» только квартиру. Продлевается господство массовой и довольно однотипной застройки, домов-«муравейников», как их называют специалисты, со всеми пороками городских кварталов — отчуждением людей друг от друга и от природы.

    При этом достаточно посмотреть на любой западный мегаполис — хоть Лондон, хоть Нью-Йорк — чтобы убедиться, что большинство людей там проживает в 1-2 этажных домах, лишь в самом центре жилые здания в 5-7 этажей. В России же с ее избыточными земельными ресурсами из-за нынешней градостроительной политики абсурдная ситуация — в загородной зоне идет активное возведение многоэтажного жилья, тогда как в перенаселенных Великобритании и Нидерландах 83% и 70% населения соответственно, живет в 1-2 этажных домах.

    При этом речь не идет о «рублевских» особняках. Нет, в той же Англии преобладают т.н. terraced houses, называемые у нас по недоразумению «таунхаусами». Опять-таки, в России таунхаусы — это элитное жилье, а в Британии — место проживания рабочего класса. В США дома на одну семью — совсем скромные постройки, вовсе не новорусские виллы.

    Обычно в ответ на подобное недоумение, защитники «муравейников» приводят соображения о высокой стоимости малоэтажного жилья, о трудностях прокладки коммуникаций, о северном климате России и т.п. Однако подробных и достоверных расчетов никто не приводит. Хотя можно задуматься, сколько стоит подача воды на 25-й этаж или строительство подземного гаража под этим домом? А тот же Самошин в книге «Создадим свой дом сами» (автор — вовсе не теоретик, а практик с почти пятидесятилетним опытом) вполне убедительно доказывает обратное. Да и в тех же Швеции, Норвегии, Финляндии, расположенных севернее Москвы, процент домов на одну семью составляет от 50 до 77% от всего жилья. И как-то они отапливаются.

    В данном случае и бизнес, и власть, и потребитель предпочитают не ломать голову, не задумываться, а идти по пути наименьшего сопротивления, решая проблему «здесь и сейчас», и откладывая все неприятные вопросы «на потом», иными словами — на своих детей, которым придется жить в застроенном многоэтажками Подмосковье или в еще более высотной и переполненной Москве.

    Но что можно сделать сейчас? Приведем ряд неотложных, на наш взгляд, мер.

    1. Законодательный запрет на дальнейшее строительство и регистрацию конгломератов.

    2. Перевод ныне существующих конгломератов (возможно и ТСЖ с ЖСК) в статус кодоминиумов.

    3. Обязательный выкуп в них сохраняющихся неприватизированных квартир.

    4. Запрет на многоэтажное жилое строительство за пределами городов. Ориентация сугубо для одной либо двух семей (detached и semi-detached houses). Многоэтажки — только муниципальное жилье, доходные дома и немногочисленные элитные «кондо» в центре.

    5. Запрет выдачи ипотечных кредитов под квартиры в «муравейниках». Ипотечный заем выдается только под собственные дома или долю в «таунхаусе».

    6. Запрет на покупку жилья в качестве социальной помощи.

     

    7.Обязательное и нормативное строительство муниципального арендного жилья для малоимущих и молодежи.

    Сделаем пояснения к этим тезисам.

    Сегодня очевидно, что никакой необходимости в поспешной приватизации в начале 90-х годов не имелось. На первом этапе вполне можно было ограничиться переводом в муниципальный фонд ведомственного жилья. Создается впечатление, что, как и в случае с большой приватизацией, решались проблемы совсем не те, что обозначались открыто. В данном случае было важно предложить «плебсу» какой-то реальный кусок собственности (чем он был обделен в других приватизациях) — не важно, потянет он его или нет, и к каким экономическим и юридическим последствиям это приведет. То есть задача была в первую очередь политическая. Кроме того было необходимо попутно дать толчок рынку недвижимости, а также предоставить первоначальный капитал мелкому бизнесу (через продажу квартир, их залог и т.д.)

    Что касается самого процесса приватизации, то проводить ее нужно было совсем иначе. В Польше или в Эстонии, например, не могло быть и речи о «добровольности». Если приватизировался дом, то все квартиры без исключения. Владельцы обязательно становились членами соответствующих кондоминиумов и принимали участие в управлении. Разумеется, это делалось не с кондачка, проводились специальные курсы, издавалась методическая литература.

    В России же даже владение недвижимостью в доме с ТСЖ не приводит к автоматическому вступлению в товарищество собственников. Решение Конституционного суда от 1998 года о добровольности вступления в ТСЖ придало юридическому абсурду характер высшей легальной мудрости.

    В любой стране мира вступление в кондоминиум (а ТСЖ — его российский аналог) неотъемлемо от покупки в нем собственности. Точнее, кондоминиум — это само владение, а вот управляет им homeowner association (HOA), которую и избирают владельцы. В России же собственность и участие в управлении ею разделяются. Психологические проблемы постсоветского человека в итоге консервируются — нежелание сотрудничать, неумение договариваться.

    Стоит отметить для точности, что самые известные жилые высотки Нью-Йорка, наподобие «Сан-Ремо», где Деми Мур продала свою квартиру за $45 млн, не кондоминиумы, а кооперативы. Но в данном случае их можно рассматривать в одном ряду, ибо суть и там и там совпадает — полное самоуправление владельцев жилья, различается лишь отношение к собственности. В новой же редакции Жилищного кодекса РФ даже ликвидировали само понятие кондоминиума. А домами-конгломератами по-прежнему управляет местная власть — через назначение управляющих компаний.

    Что касается ипотеки, то ее сравнительная доступность провоцирует спрос именно на низкокачественное жилье, застройку все новых площадей уродливыми кварталами. В мире же ипотека в первую очередь выдается именно под собственные дома. В США получить ипотечный кредит на квартиру в кондоминиуме или кооперативе — большая головная боль. Она начинается с согласия правления дома на приобретение. Далее банки придирчиво смотрят состав будущих соседей, им важно, чтобы не менее половины реально проживающих были именно владельцами, и чтобы никто не владел более чем десятью процентами квартир.

    Вообще, безудержная ставка на ипотеку как основной метод приобретения жилья отражает желание государства скинуть с себя бремя социальной заботы. В то время как России жизненно необходим закон по подобию французского закона об HLM — недорогом арендном жилье, частном либо государственном. Во Франции по закону 2000 года в каждом городе должно быть не менее 20% жилья относящегося к HLM.

    Что касается российской практики приобретения в собственность квартир малообеспеченным, то этому также трудно найти аналоги. Это развращает с одной стороны, побуждая полагаться на подачки от государства, с другой — порождает встречную социальную несправедливость, ибо всем купить невозможно. Но основное зло заключается в том, что власть не работает над строительством именно социального жилья, где бы и могли проживать нуждающиеся.

    Поспешной поквартирной приватизацией был нанесен тяжелый удар по рынку аренды жилья. На долгие годы фактически единственной ее формой стала сдача квартиры или комнаты в ней ее владельцем. Доходные дома не возникали и не развивались. Права арендаторов никак не защищались, тогда как на Западе они стоят во главе угла. Ситуацию можно сравнить с развалом таксопарков в 90-е, когда каждый желающий заработать мог объявлять себя таксистом и подвозить пассажиров. Налоги не платились, безопасность и комфорт пассажиров не обеспечивались, такси как институт деградировало, пребывая в самом диком состоянии.

    Жилищная политика в России требует своего решительного изменения. Рынок цивилизованного и комфортного жилья и его аренды ожидает решительного рывка в сторону повышения стандартов, сознательного изменения общественных запросов. Задача же власти заключается в создании новых правил игры через соответствующее изменение законодательства.

    Точка зрения автора статьи может не совпадать с позицией редакции

    Loading...

    Комментировать

    осталось 1185 символов
    пользователи оставили 5 комментариев , вы можете свернуть их
    Евгений Клюзов # написал комментарий 16 февраля 2020, 16:31
    Началось (как в том анекдоте) далее следует вывод о том, что частную собственность полученную в результате "неправильной приватизации квартир" надо отменить. Всё это после новой КОНЬституции. Конь в будёновке..
    Николай Таурин # написал комментарий 16 февраля 2020, 17:00
    Дурацкая статья, основывающаяся на принципе бездумного копирования западных образцов мироустройства. Авторы не хотят учитывать ментальность людей образованную многими поколениями населения за историю России. Да, жители получили право на приватизацию жилища, но на этом надо было и ограничиться, оставив управление домами в госструктурах. Сейчас делается попытка передать управление государственным бюджетным предприятием, с отчетностью городской администрации, с целью избавления от всяких ЖСК и ТСЖ, создающих раскол среди жильцов и живущих за их счет.
    Михаил Матвеев # написал комментарий 16 февраля 2020, 21:53
    У России свой путь, свои скрепы, своё понимание недвижимости.
    Мы всегда первые и поэтому вынуждены догонять, поскольку вынужены возвращаться после допущенных ошибок в исходную точку.

    Изменить это сразу невозможно. Мало ещё шишек набили. Нужно ещё пол страны потерять.
    • Регистрация
    • Вход
    Ваш комментарий сохранен, но пока скрыт.
    Войдите или зарегистрируйтесь для того, чтобы Ваш комментарий стал видимым для всех.
    Код с картинки
    Я согласен
    Код с картинки
      Забыли пароль?
    ×

    Напоминание пароля

    Хотите зарегистрироваться?
    За сутки посетители оставили 1242 записи в блогах и 10314 комментариев.
    Зарегистрировалось 25 новых макспаркеров. Теперь нас 5022577.