Что ждет Центральную Азию и Южный Кавказ в 2014 году?

    Эту статью могут комментировать только участники сообщества.
    Вы можете вступить в сообщество одним кликом по кнопке справа.
    Дмитрий Мезинцев перепечатал из posthunt.net
    0 оценок, 454 просмотра Обсудить (0)

     

    Главным фактором, который будет определять развитие ситуации в центрально-азиатском регионе в 2014 году, является ожидаемый вывод войск НАТО из Афганистана. Этот процесс рассчитан на 12 месяцев и будет очень непростым, поскольку США пытаются добиться от афганского президента Карзая подписания договора о безопасности, позволяющего западному альянсу оставить в Афганистане не менее 8 тысяч военных.

    Однако Карзай, судя по всему, будет пытаться тянуть с подписанием договора вплоть до президентских выборов в Афганистане и будет по-прежнему настаивать на том, чтобы США обязались не проводить операции, затрагивающие мирных жителей (например, не вторгаться в частные дома), а также освободили из Гуантанамо всех афганцев, передав их властям Афганистана. При этом Карзай вряд ли будет баллотироваться на пост президента, но он попытается продвинуть наверх своего ставленника. Впрочем, вне зависимости от того, кто станет президентом Афганистана, и о того, сколько военных НАТО останется в стране, следует ожидать резкой активизации деятельности талибов, что приведет к исламистской радикализации и распространению радикального ислама в другие страны Центральной Азии, прежде всего, в Таджикистан и Узбекистан.

    Вполне вероятно, что в 2014 году может оформиться тенденция к фактическому разделу Афганистана на территории, подконтрольные разным силам. Одна зона будет создана на севере страны, где сильны позиции бывшего Северного альянса, в котором преобладают туркмены, узбеки и таджики. Эта зона будет сформирована вокруг Панджерского ущелья и возможно, что сюда также талибами будут вытесняться представители Исламского движения Узбекистана и Хизб ут-Тахрир, которые далее двинутся в другие центрально-азиатские республики. Другая зона будет образована вблизи границы с Ираном хазарейцами, которые являются шиитами и находятся под «духовным покровительством» Тегерана. Большая часть остальной территории Афганистана постепенно может перейти под контроль талибов, при этом Кабул может остаться номинальной столицей официального правительства, которое реально не будет в состоянии управлять страной. Основной задачей официального Кабула, опирающегося на поддержку остатков войск НАТО, будет поддержание видимой целостности страны, для чего, скорее всего, будет применена формула конфедеративного устройства Афганистана.

    Перенос активности радикальных исламистов из Афганистана в другие страны Центральной Азии наиболее сильно ударит по Таджикистану, Киргизии и Узбекистану. Таджикистан, скорее всего, сможет устоять - Эмомали Рахмонов знает, как договариваться с полевыми командирами, и при этом имеет поддержку не только со стороны ОДКБ, но также от Ирана и Китая. Наиболее вероятно, что таджикские власти на основе негласных договоренностей предоставят следующим из Афганистана исламистам «зеленый коридор» для продвижения в другие страны через свою территорию в обмен на невмешательство в дела Таджикистана. Наиболее серьезной будет ситуация в Киргизии и Узбекистане. Базой исламистов станет Ферганская долина, при этом они будут активно взаимодействовать с киргизскими криминальными кланами, пытаясь создать плацдарм для транзита афганского героина. Результатом этого станет обострение конкуренции между наиболее влиятельными кланами и дестабилизация обстановки в Киргизии, на фоне чего вероятны новые конфликты между киргизами и узбеками, способные перерасти в локальный пограничный конфликт. Ситуация в Узбекистане также будет нестабильной, поскольку республика находится в ожидании ухода Ислама Каримова, после которого обострится борьба за власть, в которой ключевую роль могут сыграть радикальные исламисты. Каримов не смог за годы своего правления выстроить стабильный режим и создать механизм преемственности власти, в связи с чем его уход (в случае болезни или смерти) чреват началом междоусобной борьбы влиятельных семейных кланов и силовых структур, в которой победить сможет тот, кто получит поддержку исламистов.

    Угроза исламизма затронет также Казахстан, но особого успеха радикалы вряд ли смогут добиться, поскольку эта страна уже научилась бороться с подобными явлениями, в том числе в сотрудничестве с Россией и Китаем. Главной задачей внешней политики Астаны будет выстраивание равных отношений как с Россией, так и с КНР, США и ЕС. При этом Казахстан будет уделять особое внимание развитию сотрудничества в бассейне Каспийского моря. В частности, стоит ожидать развития энергетических проектов с Азербайджаном и транспортных проектов с участием того же Азербайджана, а также Грузии, Турции, Туркменистана и Ирана. С учетом вывода войск НАТО из Афганистана и перспектив освоения Каспия казахские власти будут продвигать проект превращения порта Актау в крупный внутрирегиональный транспортный хаб, который будет обеспечивать как перевалку грузов НАТО из Афганистана в Азербайджан, Грузию и Турцию, так и обработку грузов, следующих в/из Иран и Туркменистан.

    Кроме того, Астана вполне может выступить с собственными инициативами создания организации экономического сотрудничества стран бассейна Каспийского моря, в рамках которой предполагается обговорить условия освоения ресурсов Каспия, а также подготовки договора, регламентирующего сотрудничество в военной сфере и борьбе с контрабандой и терроризмом. Продвижение этих инициатив будет непростым, особенно на фоне начинающейся милитаризации прикаспийских стран – практически все государства региона усиленно наращивают мощь военно-морских сил на Каспии, что в условиях неурегулированности водных границ может привести к инцидентам с задержанием судов соседних стран. В этой связи особую актуальность приобретет вопрос о подготовке пятистороннего соглашения о безопасности на Каспии.

    Следует отметить, что на ситуацию в Центральной Азии, как и на Южном Кавказе, будет оказывать влияние также политика Турции, которую многие связывают с продвижением идеи пантюркизма. Однако все будет зависеть от того, сможет ли турецкий премьер-министр Реджеп Эрдоган в 2014 году изменить конституцию страны, превратив ее из парламентской республики в президентскую, чтобы стать президентом Турции. Если это ему не удастся, в Турции произойдет смена власти, которая будет сопровождаться новыми волнениями. Стабильность или нестабильность ситуации в Турции окажет влияние на обстановку как в Центральной Азии (в первую очередь, в Казахстане, который сам претендует на роль лидера современного пантюркистского сообщества), так и на Южном Кавказе. Уход Эрдогана с политической арены может поставить крест на попытках Турции лавировать между Евросоюзом и Таможенным союзом, хотя идея переговоров с ТС сохранится в силу объективных причин – турецкая экономика в значительной степени ориентирована на постсоветское пространство, поэтому стремление к взаимодействию с Таможенным союзом продиктовано прагматическими соображениями. Членство в ЕС для Анкары отодвинется на неопределенный срок, поскольку Евросоюз не хочет видеть в своих рядах страну, отягощенную внутренними проблемами, тем более, что в 2014 году ожидается новое обострение курдской проблемы. Единственным фактором, который может стимулировать ЕС к продолжению переговоров с Турцией, является попытка сохранить ось Анкара-Баку-Тбилиси, поскольку Грузия подписала договор об ассоциации с Евросоюзом. Но это довольно слабый стимул, так как для формирования жизнеспособной прозападной «тройки» на Южном Кавказе необходимо подтягивание к ЕС еще и Азербайджана, который пока не стремится к евроинтеграции, пытаясь оставаться независимым от каких-либо объединений. Альтернативным вариантом могла бы стать «кавказская интеграция» с участием Турции, Азербайджана и Грузии, но она, во-первых, была бы неполной без Армении, а во-вторых, это образование не вполне выгодно западным странам, опасающимся, что оно может стать слишком независимым и самостоятельным.

    В этих условиях в 2014 году можно ожидать осложнения обстановки на Южном Кавказе, которое будет спровоцировано обострением проблемы Нагорного Карабаха. Поводом для этого могут стать экономические проблемы, связанные с неопределенностью статуса Нагорного Карабаха в условиях вступления Армении в Таможенный союз. Фактически, Карабах станет предметом торга между ТС и ЕС, тогда как непосредственные участники конфликта в лице Армении и Азербайджана останутся при своем. Результатом может стать замена российских миротворцев в Нагорном Карабахе на сборные силы с участием ОБСЕ или войск ООН (включая представителей РФ), но конфликт так и не будет урегулирован. При этом, в случае дальнейшего потепления отношений между Ираном и странами Запада, возможно подключение к переговорному процессу и Тегерана, который будет выступать на стороне Еревана в пику Баку. Собственно, в случае нормализации отношений с США Иран вполне может усилить свою внешнеполитическую активность в Центральной Азии и на Южном Кавказе, а также оказать значительное влияние на мировой рынок нефти. В частности, предполагаемое возобновление масштабных поставок иранских углеводородов на экспорт, как ожидается, приведет к снижению цен на нефть до уровня 80 долларов за баррель, что негативно отразится на российской экономике.

    Комментировать

    осталось 1185 символов
    пользователи оставили 0 комментариев , вы можете свернуть их
    • Регистрация
    • Вход
    Ваш комментарий сохранен, но пока скрыт.
    Войдите или зарегистрируйтесь для того, чтобы Ваш комментарий стал видимым для всех.
    Код с картинки
    Я согласен
    Код с картинки
      Забыли пароль?
    ×

    Напоминание пароля

    Хотите зарегистрироваться?