Всех православных касается

    Эту статью могут комментировать только участники сообщества.
    Вы можете вступить в сообщество одним кликом по кнопке справа.
    Юлий Цесарский перепечатал из www.pravmir.ru
    2 оценок, 264 просмотра Обсудить (1)

    Пропуск к Чаше предъявлять в развернутом виде

    СВЯЩЕННИК СЕРГИЙ КРУГЛОВ 

     

    Почему миряне перед причастием должны поститься строже, чем священники? Откуда взялась практика выстраивать на пути человека к Чаше цепочку преград? Виноваты ли в сложившейся практике священники? Размышляет священник Сергий Круглов.

    Случай, о котором мне рассказали друзья — вовсе не притча, а самая обыкновенная правда.

    Приезжаем, говорят, мы в N-ский монастырь, в качестве паломников. Собираемся на Литургию — и заранее напрягаемся, потому что служит там один очень суровый батюшка. Суровый в том плане, что он многих не допускает до причастия, постит строго как старых, так и малых, назначает по делу и без дела епитимии и дотошно исповедует, вытягивая из кающихся такие нюансы грехов, о которых даже в «генеральных поновлениях» не пишется… И, разумеется, служба у него длится долго, потому что пока всех не поисповедует по всей строгости закона — Чашу не выносят.

    Ну, мы паломники бывалые, давно смирились… А тут — видно, достигли и до сего монастыря какие-то веяния времени. Выходит наш ригористичный батюшка на амвон перед исповедью и говорит: «А знаете ли вы, братия и сестры, что таинства исповеди и причастия вовсе не взаимообусловлены? И что исповедь — вовсе не пропуск ко причастию, как мы навыкли считать?».

    Ого, внутренне возликовали и возопили мы! Неужели мы стали свидетелями чуда?!… А он закончил речь такими словами: «Нет! Исповедь и причастие — два разные таинства. А потому следует вам причащаться раз в год, а исповедоваться — раз в неделю…».

    Конец цитаты, как говорится.

    Нет, вы не подумайте, что я этого батюшку осуждаю. Ни в коем разе. И не потому даже, что осуждать грешно — просто Церковь ведь просторна и велика, и в ней есть место всем, консерваторам и либералам, таким и сяким человекам, каждый из которых, при единстве Христовой веры, имеет свой неповторимый характер, свойства личности и так далее. И кто-то из прихожан ищет священника мягкого и либерального, а кому-то нравятся именно такие суровые отцы, как вышеописанный. И, что замечательно, каждый в Церкви находит-таки своё, лишь бы не ленился и искал.

    Я о другом… О том, о чем не раз говорили и писали мои собратья-сослужители (в пространстве православного сектора Живого Журнала в последнее время, например, обсуждается высказывание замечательного киевского священника, протоиерея Андрея Дудченко, ник которого в ЖЖ — «webpadre», именно на эту тему…).

    О том, что неудобоносимые бремена и требования строго поститься и непременно исповедоваться перед причастием, которые возлагаются обычно на прихожан и считаются как бы незыблемым установлением, вовсе не строго соответствуют как канонам Церкви, так и духу Евангелия, и сами-то священники эти правила не соблюдают, ибо они выше немощных сил человеческих — ан вот же, от мирян требуют…

    Исповедоваться ли непременно перед причастием или нет, поститься ли сверхстрого перед тем, как приступать к Чаше, или как-то иначе — всё это решает для себя сам человек. Священник может что-то подсказать, порекомендовать тому, кто впервые приступает к таинству, объяснить, для чего оно, и предупредить, что вот ты соединишься с Христом, но подумай, будешь ли этому рад, хорошо ли тебе со Христом будет, ведь Он — не потаковник нашим страстям, Он может потребовать от тебя усилий и перемен жизни — но не более того.

    Священник — не цербер у Чаши, не контролер на проходной. По одной простой причине: в Чаше — не его тело и кровь. А Христовы. И Христос зовет к ней — всех: «Приимите, ядите, в соединение со Мною, в жизнь вечную и оставление грехов!». И сама мысль о «посреднике», дающем или не дающем по своему хотению пропуск к Чаше Жизни, видится мне кощунственной…

    И в связи с этим я думаю вот о чем… Почему мы, священники, накладываем на людей эти неудобоносимые бремена правил и условий? Я далек от мысли, что мы, чуя так сказать на плечах погоны, движимы греховной страстью властолюбия и «распальцовки» и хотим просто помурыжить человека, доказывая свою власть над ним и авторитет сана. Нет, конечно.

    В массе своей мы, священники, люди вменяемые, да мы и читали Евангелие, и знаем — если будем себя так вести, Господь нам так врежет, что мало не покажется. Но тем не менее — в нас живет искренний страх: а не осквернится ли святыня?… А как бы чего худого не вышло?… Потому перестраховка в деле допущения человека ко причастию давно стала у нас нормой церковной жизни.

    Искренний, да — но страх. А страх этот — вряд ли Божьего происхождения… Искренность, как говорится в известном выражении, и истина — далеко не одно и то же.

    Этот страх — во многом от нашего маловерия. От того, что мы не верим в людей. И не любим их. Ни положить душу свою за прихожан, ни поверить в них — не можем… А если мы не любим ближнего своего, которого видим — как говорим, что любим Бога, Которого не видим? Эти слова апостола — просты и актуальны во все времена, и их ясный строгий смысл — ни обойти, ни объехать.

    Доверить человеку его свободу, а в лучшем случае — научить этой ответственной свободе. Поверить — в его веру и его совесть. Показать ему путь к Чаше, проводить его ко Христу — и отойти в сторону, по слову митрополита Антония Сурожского, не заслонить собою Христа, не навредить той таинственной и трепетной любви, тем отношениям с Христом, которые у человека, может быть, только-только зарождаются…

    Видеть человека, слышать его — и верить в него. Вот об этих важнейших вещах мы, священники, думаем, рассматривая такой, казалось бы, частный момент нашей приходской жизни.

    Комментировать

    осталось 1185 символов
    пользователи оставили 1 комментарий , вы можете свернуть их
    Олег Дорофеенко # написал комментарий 9 мая 2018, 06:40
    Вопреки Конституции РФ присяга судьи по всей вертикали не обязывает людей на должности судьи пользоваться разумом и объективностью. Потому они с лёгкостью не признают, и не подчиняется ни Федеральным законам, ни Конституции РФ (Ст.: 1, 2, 14, 17, 18, 21, 45, 47, 64). Руководствуются идеологией иудаизма и принципом суда содомитов. Это не правовое государство, а деспотия судейского сообщества отказавшегося от разума. Такая система правосудия запускает объективный процесс самоуничтожения общества и государства. С Пути судьбы самоуничтожения, без устранения неопределённости статуса судьи, невозможно сойти вопреки желанию всех не идти по нему.
    Система судебной власти РФ объявила войну русскому этносу и народу, отказавшись устранять НЕОПРЕДЕЛЁННОСТЬ статуса судьи. Служат они не Господу, не Закону его, а Антихристу.
    • Регистрация
    • Вход
    Ваш комментарий сохранен, но пока скрыт.
    Войдите или зарегистрируйтесь для того, чтобы Ваш комментарий стал видимым для всех.
    Код с картинки
    Я согласен
    Код с картинки
      Забыли пароль?
    ×

    Напоминание пароля

    Хотите зарегистрироваться?
    За сутки посетители оставили 591 запись в блогах и 5919 комментариев.
    Зарегистрировалось 57 новых макспаркеров. Теперь нас 5029079.