А чего Вы ожидали, Егор Кузьмич?

    Владимир Митител написал
    0 оценок, 4419 просмотров Обсудить (1)

     В июне 2011г. в прессе появилась статья Лигачёва Е. К., члена КПСС – КПРФ с 1944 года, секретаря Совета СКП-КПСС, члена ЦК КПРФ, члена Бюро МГК КПРФ: “Остановить палачей партии!”

    В ней говорится, о продолжающихся и по сей день разборках в КПРФ и о продолжающихся гонениях на не согласных с политикой зюгановцев.

    А в выступлении на Пленуме Совета СКП-КПСС (14 мая 2011г.), г-н Лигачёв приводит такие высказывания:

    - “Налицо отступление от марксизма-ленинизма в сторону социал-демократии, богостроительства, национализма, противопоставление ленинизма марксизму”.

    - “Помимо грубейших нарушений организационных  основ Устава нарастает процесс идейных вывихов, ревизии марксизма-ленинизма, проповедь богостроительства, национализм”.

    - “Все, что сказано мною здесь, преследует лишь одну цель: единение и укрепление КПРФ для установления подлинного народовластия и возвращения страны на социалистический путь развития”.

     

    Так и хочется спросить Егора Кузьмича, а не Вы ли уважаемый, в том числе, сделали то, чему Вы так возмущаетесь, не Вы ли годами создавали партию, которая и по сей день продолжает разваливаться и разрушаться? А давайте-ка, вернёмся на 13 лет назад, и посмотрим, как и о чём писал г-н Лигачёв, и как он “строил партию”, которая и его,  сейчас, хочет выкинуть из своих рядов.

    Речь пойдёт  о диктатуре пролетариата, как главное в марксизме, и как это понимал 13 лет назад и вероятно понимает также и сейчас, г-н Лигачёв.

     

    11 февраля 1998 года Альфред Рубикс в интервью газете “Правда, пять” инициировал вопрос о диктатуре пролетариата, в связи с отсутствием этого лозунга в программах компартий на постсоветском пространстве.

    21 февраля 1998 года г-н Е. Лигачёв, также в газете “Правда, пять”, в «открытом письме товарищу А. П. Рубиксу» под названием «О диктатуре пролетариата, религии и компромиссах» прокомментировал интервью А. Рубикса.

    “Ценность” высказываний Лигачёва такова, что следует разобрать их подробнее:

    Лигачёв Рубиксу: “То, что в программе КПРФ нет лозунга о диктатуре пролетариата, вы считаете просто недопустимым. Отмечу, что и другие компартии, в том числе РКРП, не ставят в своих программных документах вопрос о диктатуре пролетариата в будущем. И это неспроста. В. И. Ленин говорил: “Диктатура - слово жёсткое, тяжёлое, кровавое, мучительное. Этаких слов на ветер не бросают”. Сейчас есть возможность мирным путём восстановить и удержать власть трудящихся. Это обусловлено рядом факторов. С одной стороны, усиливающееся народно – патриотическое, коммунистическое движение, новая волна воссоединения народов, растущее влияние левой оппозиции в парламенте, советские люди, осознавшие, что такое свободная и обеспеченная всем необходимым жизнь. С другой – разобщённость нарождающейся буржуазии, не имеющей достаточно политического опыта, своей партии, жирующая на награбленном, и не желающая “поделиться” с трудящимися, заниматься их социальными нуждами”.

    Во-первых, синхронность, которую подметил Лигачёв, когда говорит, что и другие компартии не ставят в своих программных документах вопрос о диктатуре пролетариата в будущем, говорит о том, что большинство лидеров этих компартий когда-то учились в одних «университетах» и питались из одной кормушки. 

    Во-вторых, вырвав удобный “кусочек” из речи Ленина “об обмане народа лозунгами свободы и равенства” 19 мая 1919 года на 1 всероссийском съезде по внешкольному образованию, Е. Лигачев, этим и ограничивает своё понимание одного из ключевых понятий в марксизме, каким является диктатура пролетариата.

    Что же Ленин,  в действительности, говорил в своей речи?:

    Мы идём в бой – это есть содержание диктатуры пролетариата. Прошли те времена наивного, утопического, фантастического, механического, интеллигентского социализма, когда дело представляли так, что убедят большинство людей, нарисуют красивую картину социалистического общества, и станет большинство на точку зрения социализма. Миновали те времена, когда этими побасенками забавляли себя и других.

    Марксизм, который признаёт необходимость классовой борьбы, говорит: к социализму человечество придёт не иначе, как через диктатуру пролетариата. Диктатура – слово жестокое, тяжёлое, кровавое, мучительное, и этаких слов на ветер не бросают. Если с этаким лозунгом выступили социалисты, то это потому, что они знают, что иначе, как в отчаянной, беспощадной борьбе, класс эксплуататоров не сдастся и что он будет всякими хорошими словами прикрывать своё господство”. (ПСС, т.38, с.350).

    Г-н Е. Лигачёв не просто лукавит. Свою измену марксизму сей господин прикрывает выгодными словами из ленинских работ, при этом, фактически, искажает содержание выступления Ленина по такому принципиальному вопросу, каким является вопрос о диктатуре пролетариата.

    Эти же слова Ленин повторяет в своём ответе на письмо одного из лидеров Французской социалистической партии и II Интернационала Жана Лонге под названием ”Заметки публициста”, где как раз и даётся критика антимарксистских взглядов по вопросу о диктатуре пролетариата, каковым и является один из соратников Г А Зюганова Егор Кузьмич Лигачёв:

    “…Важно то, что эти лонгетисты, как политическое направление, ведут сейчас именно политику венгерских «социалистов» и «социал-демократов», погубивших Советскую власть в Венгрии. Лонгетисты ведут именно эту политику, ибо на словах они объявляют себя сторонниками диктатуры пролетариата и Советской власти, а на деле продолжают вести себя по-старому, продолжают и в резолюциях своих защищать и в жизни осуществлять старую политику мелких уступочек социал-шовинизму, оппортунизму, буржуазной демократии, колебаний, нерешительности, уклончивости, увёрток, умолчаний и тому подобное. Эти мелкие уступочки, колебания, нерешительность, уклончивость, увёртки и умолчания в сумме неизбежно дают измену диктатуре пролетариата. Диктатура слово большое, жёсткое, кровавое, слово, выражающее беспощадную борьбу не на жизнь, а на смерть двух классов, двух миров, двух всемирно-исторических эпох. Таких слов на ветер бросать нельзя”. (Ленин, ПСС, т40, с.132). 

    Совершенно очевидно то, что Ленин эти слова приводит для того, чтобы показать, что понятие «диктатура пролетариата»  органически связано с марксизмом, и с тем классом, с которым КПРФ так и “не подружился”, и где г-н Лигачёв использует их для оправдания своего ренегатства.

    Создаётся впечатление, что человек, написавший т. Рубиксу, вообще никогда не был  знаком с марксистской литературой. Следует напомнить этим господам что:

    “Только пролетариат, - в силу экономической роли его в крупном производстве, - способен быть вождём всех трудящихся и эксплуатируемых масс, которые буржуазия эксплуатирует, гнетёт, часто не меньше, а сильнее, чем пролетариев, но которые не способны к самостоятельной борьбе за своё освобождение”. (ПСС, т.33, с.25).

    Далее:

    “Кто не понял, читая Маркса, что в капиталистическом обществе при каждом остром моменте, при каждом серьёзном столкновении классов возможна либо диктатура буржуазии, либо диктатура пролетариата, тот ничего не понял ни в экономическом, ни в политическом учении Маркса”. (ПСС, т38, с.309).

    И далее:

    “Либо диктатура (т. е. железная власть) помещиков и капиталистов, либо диктатура рабочего класса.

    Середины нет. О середине мечтают попусту барчата, интеллигентики, господчики, плохо учившиеся по плохим книжкам. Нигде в мире середины нет и быть не может. Либо диктатура буржуазии (прикрытая пышными эсеровскими и меньшевистскими фразами о народовластии, учредилке, свободах и прочее), либо диктатура пролетариата. Кто не научился этому из истории всего 19 века, тот – безнадёжный идиот”. (ПСС, т.39,  с.158).

    “Диктатура пролетариата есть единственный шаг к равенству и демократии на деле, не на бумаге, а в жизни, не в политической фразе, а в экономической действительности”. (ПСС, т.39, с.217).

    “Вопрос о диктатуре пролетариата есть коренной вопрос современного рабочего движения во всех без исключения капиталистических странах. Для полного выяснения этого вопроса необходимо знать его историю. В масштабе международном история учения о революционной диктатуре вообще и о диктатуре пролетариата в частности совпадает с историей революционного социализма и специально с историей марксизма. Затем – и это, разумеется, самое важное – история всех революций угнетённого и эксплуатируемого класса против эксплуататоров является самым главным материалом и источником наших знаний по вопросу о диктатуре. Кто не понял необходимости диктатуры любого революционного класса для его победы, тот ничего не понял в истории революций или ничего не хочет знать в этой области”. (ПСС, т41, с.369).

    Даже приводя отдельные цитаты Маркса, Энгельса, Ленина можно увидеть, что они обладают свойством законченности, целостности, однозначности, и не допускают произвольного толкования.

    Любому, кто знаком с научным пониманием диктатуры пролетариата, может увидеть, что г-н Лигачёв напоминает нам известную фигуру в истории, а именно Карла Каутского, но по сравнению с Лигачёвым, Каутский выглядит гораздо образованнее. Вышедшая в 1918 году его брошюра «Диктатура пролетариата» была подвергнута критикой Лениным в том же году в работе “Пролетарская революция и ренегат Каутский”.

    Вот, что пишет Ленин о диктатуре пролетариата:

    “Вопрос о диктатуре пролетариата есть вопрос об отношении пролетарского государства к буржуазному государству, пролетарской демократии к буржуазной демократии. Казалось бы, это ясно как день?”… (Т. 37, с. 240).

    Но у г-на Лигачева об этом -  ни слова. В рамках какого государства мыслит Лигачёв осуществлять все свои благие намерения? Если нет пролетарского государства, т.е. диктатуры пролетариата, то остаётся только буржуазное государство.

    Далее, Ленин приводит цитату из работы К. Маркса «Критика Готской программы». (К. Маркс и Ф. Энгельс, Соч., 2 изд., т.19, с.27):

     “Между капиталистическим и коммунистическим обществом лежит период революционного превращения первого во второе. Этому периоду соответствует и политический переходный период, и государство этого периода не может быть ничем иным, кроме как революционной диктатурой пролетариата”. (Т. 37, с. 241).

    А может, написанное классиками научного коммунизма 90-160 лет назад, сегодня Лигачёвы и “Ко” считают уже устаревшим, не актуальным? Обычно так рассуждают те, кто не имеют серьёзного представления о научной идеологии рабочего класса, о целостной и развивающейся системе философских, экономических и социально-политических взглядов, каким является марксизм-ленинизм.

    К примеру, на сайте РПК даётся "Современная трактовка категории "диктатура пролетариата". В этом писании приводится определение пролетариата из работы “Принципы коммунизма” Ф. Энгельса:

    “Пролетариатом называется тот общественный класс, который добывает средства к жизни исключительно путём продажи своего труда, а не живёт за счёт прибыли с какого-нибудь капитала, - класс, счастье и горе, жизнь и смерть, всё существование которого зависит от спроса на труд, т. е. от смены хорошего и плохого состояния дел, от колебаний ничем не сдерживаемой конкуренции. Одним словом, пролетариат или класс пролетариев, есть трудящийся класс”…

    И, далее следует: “Разве сегодня не являются, если следовать определению Энгельса, пролетариями ученые, учителя, медицинские работники государственных больниц и поликлиник, инженерно-технические работники даже акционированных предприятий? Конечно, являются”.

    Тут же, на глазах читателя искажается определение Энгельса, и где авторы документа или не понимают, чем отличается класс от социальной прослойки, либо лукавят. Свалив в одну кучу, класс пролетариата и другие социальные слои, эти деятели в первую очередь думают о той совокупной массе наёмных работников, которая проголосует за такие квазикоммунистические партии на очередных выборах, но при этом, мысли не допускают о ведущей, исторической роли рабочего класса в революционном переустройстве общества.

    Но вернёмся к критике Каутского Лениным, выявляя полное отсутствие у Лигачёва понимание данного вопроса:

    “Каутский не может не знать, что и Маркс и Энгельс и в письмах и в печатных произведениях говорили о диктатуре пролетариата многократно, и до и особенно после Коммуны. Каутский не может не знать, что формула: «диктатура пролетариата» есть лишь более исторически-конкретное и научно точное изложение той задачи пролетариата «разбить» буржуазную государственную машину, о которой (задаче) и Маркс и Энгельс, учитывая опыт революций 1848 и ещё более 1871 года, говорят с 1852 до 1891 года, в течение сорока лет.

    Как объяснить это чудовищное извращение марксизма начётчиком в марксизме Каутским? Если говорить о философских основах данного явления, то дело сведётся к подмене диалектики эклектицизмом и софистикой. Каутский – великий мастер такой подмены. Если говорить практически - политически, то дело сведётся к лакейству перед оппортунистами, т. е., в конце концов, перед буржуазией”. (ПСС, т37, с.242).

    И далее, Ленин пишет:

    “Диктатура есть власть, опирающаяся непосредственно на насилие, не связанная никакими законами. Революционная диктатура пролетариата есть власть, завоёванная и поддерживаемая насилием пролетариата над буржуазией, власть, не связанная никакими законами”.

    И вот эту простую истину, истину, ясную как божий день для всякого сознательного рабочего (представителя массы, а не верхушечного слоя подкупленной капиталистами мещанской сволочи, каковой являются социал-империалисты всех стран), эту очевидную для всякого представителя эксплуатируемых, борющихся за своё освобождение, эту бесспорную для всякого марксиста истину приходится «войной отвоёвывать» у учёнейшего господина Каутского! Чем объяснить это? Тем духом лакейства, которым пропитались вожди II Интернационала, ставшие презренными сикофантами* на службе у буржуазии”. (ПСС, т37, с.245).

    (* сикофант – профессиональный доносчик, клеветник, шантажист.)

    Высказывание Лигачёва не оставляет сомнение в том, что речь может идти только о формальном признании им и его компании диктатуры пролетариата.

    “Диктатуру пролетариата пытаются признать на словах, чтобы тайком протащить рядом с нею «волю большинства», «всеобщее голосование»,… буржуазный парламентаризм, отказ от полного уничтожения, взрывания, сламывания до конца всего буржуазного государственного аппарата. Этих новых увёрток, новых лазеек реформизма надо бояться больше всего”. (ПСС, т39, с.107).

    Ленин, как будто пишет для сегодняшних т.н. компартий, которые образовались на постсоветском пространстве.

     

     

    Но Лигачёв может возразить, что написанное им 13 лет назад подкорректировало время и, что многое из того, что было написано когда-то, выглядит сегодня, как детский лепет.

    Всё бы так, если бы за прошедшие13 лет, и в теории и в практике, не слышался бы всё тот же детский лепет, а КПРФ и другие, чтобы становиться ведущей партией, опирающаяся на рабочий класс, будучи её авангардом, на практике ныне являются умирающими или обуржуазившимися партиями.

    Если обратить внимание на слова Лигачёва:  мирным путём восстановить и удержать власть трудящихся, то г-на Лигачёва надо понимать так, что диктатура пролетариата – это, что-то, вроде вооружённого войска, которое применяется для выполнения ряда задач, и в частности, как он пишет, если вмешается Запад.

    Но у войска, как известно должны быть, стоящие над ним, командиры, начальники и т. д.

    Т. о., “диктатура пролетариата” – представляется Лигачёвым, как некий “инструмент”, орудие, в данном случае, в руках Лигачёвых и “Ко”, в частности, для взятия власти вооружённым путём, а  после прихода к власти положить этот “инструмент” на полку, где он лежал, а лучше «отправить в деревню на перевоспитание», а ещё лучше, «в лагеря», как это было в прошлом.

    Ну, а если «мирным путём», то и говорить нечего о какой-то там, диктатуре пролетариата, а есть верные ленинцы типа  Лигачёва и «Ко» которые только и видят себя стоящими над пролетариатом.

    Далее Лигачёв пишет:

    “Но если те, кто шикует за счёт эксплуатации людей труда, окажут сопротивление новой подлинно народной власти, то трудящиеся будут вынуждены ответить адекватно. И для этого не обязательна диктатура пролетариата. Если, конечно, не вмешается империалистический Запад.

    Надо этот бред понимать так, что «подлинно народная власть» возможна и без диктатуры пролетариата!  Гениально! Это в классовом то обществе, когда существует ещё государство, как организация для подавления одного класса других? Так чья диктатура в данном случае предполагается Лигачёвым? Или изобрели новое государство, без диктатуры какого-либо класса? Или речь уже идёт о бесклассовом обществе, но тогда, о чьём, и о каком сопротивлении идёт речь…?

    Обратимся снова к классикам:

    Маркс – Иосифу Вейдемейеру

    В Нью-Йорк

    Лондон, 5 марта 1852 г.

    “…Что касается меня, то мне не принадлежит ни та заслуга, что я открыл существование классов в современном обществе, ни та, что я открыл их борьбу между собою. Буржуазные историки задолго до меня изложили историческое развитие этой борьбы  классов, а буржуазные экономисты – экономическую анатомию классов. То, что я сделал нового, состояло в доказательстве следующего:

    1) что существование классов связано лишь с определёнными историческими фазами развития производства, 2) что классовая борьба необходимо ведёт к диктатуре пролетариата,

    3) что эта диктатура сама составляет лишь переход к уничтожению всяких классов и к обществу без классов...”  (т.28, с.424 – 427).

    Мало того, что Лигачёв съехал с классовых позиций, но он вообще вышел в своих воззрениях за рамки классовой борьбы, т.е. опустился даже ниже тех оппортунистов которые считают, что классовая борьба – главное в марксизме.

    Ленин, в “Государство и революция”, пишет:

    “Главное в учении Маркса есть классовая борьба. Так говорят и пишут очень часто. Но это неверно. И из этой неверности сплошь да рядом получается оппортунистическое искажение марксизма, подделка его в духе приемлемости для буржуазии. Ибо учение о классовой борьбе не Марксом, а буржуазией до Маркса создано и для буржуазии, вообще говоря, приемлемо. Кто признаёт только борьбу классов, тот ещё не марксист, тот может оказаться ещё не выходящим из рамок буржуазного мышления и буржуазной политики. Ограничивать марксизм учением о борьбе классов – значит урезывать марксизм, искажать его, сводить его к тому, что

    приемлемо для буржуазии. Марксист лишь тот, кто распространяет признание борьбы классов до признания диктатуры пролетариата. В этом самое глубокое отличие марксиста от дюжинного мелкого (да и крупного) буржуа. На этом оселке надо испытывать действительное понимание и признание марксизма…

    Далее. Сущность учения Маркса о государстве усвоена только тем, кто понял, что диктатура одного класса является необходимой не только для всякого классового общества вообще, не только для пролетариата, свергнувшего буржуазию, но и для целого исторического периода, отделяющего капитализм от «общества без классов», от коммунизма. Формы буржуазных государств чрезвычайно разнообразны, но суть их одна: все эти государства являются, так или иначе, но в последнем счёте обязательно диктатурой буржуазии. Переход от капитализма к коммунизму, конечно, не может не дать громадного обилия и разнообразия политических форм, но сущность будет при этом неизбежно одна: диктатура пролетариата”. (ПСС, т.33, с.34,35)

    В 1983г. Е. К. Лигачёв становится секретарём ЦК КПСС. В этом же году выходит из печати “Философский энциклопедический словарь”, где в статье “Диктатура пролетариата” написано:

    “В связи с ликвидацией эксплуататорских классов в той или иной стране отмирает функция подавления их сопротивления. На этой основе начинается процесс перерастания государства диктатуры пролетариата во всенародную организацию тружеников социалистического общества. В СССР государство диктатуры пролетариата превратилось в общенародное социалистическое государство, пролетарская демократия – во всенародную социалистическую демократию. «Выполнив задачи диктатуры пролетариата, Советское государство стало общенародным», - говорится в Конституции СССР”.  (ФЭС,  М.: Сов. Энциклопедия, 1983. – 840с.).

    Понимали ли составители словаря, что пишут не то, совсем не то?

    Понимали ли тогда высшие партийные чиновники, в числе которых был и наш товарищ Лигачёв, что – это полный отход от принципиальных положений марксизма?

    И надо всё изложенное в статье понимать так, что диктатура рабочего класса была, т. е. была его власть, и вот в один прекрасный момент это класс заявляет о том, что отказывается от власти! Когда это в Истории было? И как это понимать, ведь государство не исчезло. Любое государство - это признание существования непримиримых классов, а значит, наличествует  господствующий класс. Если не пролетариат, то какой класс? Ответ известен.

    Партийная и государственная бюрократия в СССР, которая к тому времени оформилась идейно и организационно, как класс, и фактически владела всеми огосударствлёнными средствами производства в СССР контролируя, распределяя через рычаги государственной машины. Да, юридически, эти господа как бы не владели фабриками и заводами, но фактически они могли даже по телефону делать всё, что хотели.

    Вот, таким абсурдом кормили советский народ десятилетиями! Такое искажение марксизма называлось тогда “вкладом КПСС в сокровищницу марксизма-ленинизма”.

    Свержение пролетарской власти было осуществлено в своё время Сталиным и его окружением, положившее начало крушения СССР.

    Что касается «функции подавления», в которой только и видят оппортунисты всех мастей суть «диктатуры пролетариата», то напомним Ленина:

    “Диктатура пролетариата, - как мне приходилось уже не раз указывать,… - не есть только насилие над эксплуататорами и даже не главным образом насилие. Экономической основой этого революционного насилия, залогом его жизненности и успеха является то, что пролетариат представляет и осуществляет более высокий тип общественной организации труда по сравнению с капитализмом. В этом суть. В этом источник силы и залог неизбежной полной победы коммунизма”. (ПСС, т.39, с.13).

    Естественно, что бюрократическая власть в СССР не могла добиться более высокой производительности труда по сравнению с капитализмом. Это посильно только при господстве пролетариата.

    И далее:

    “Всякое государство есть «особая сила для подавления» угнетённого класса. Поэтому всякое государство несвободно и ненародно”. (ПСС, т.33, с.20).

    О какой лигачёвской «всенародной социалистической демократии» может идти речь, если:

    “Демократия есть форма государства, одна из его разновидностей. И, следовательно, она представляет из себя, как и всякое государство, организованное, систематическое применение насилия к людям. (ПСС, т.33, с.100).

    А значит, не может быть всенародного насилия над самим народом. Это же абсурд!

    Но вернёмся к нашему «товарищу».

    Чтобы ещё раз убедиться в полном непонимании Лигачёвым марксистского учения обратимся снова к работе Ленина “Заметки публициста”, где он пишет:

    “Признать диктатуру пролетариата, это не значит: во что бы то ни стало в любой момент идти на штурм, на восстание. Это вздор. Для успешного восстания нужна длительная, умелая, упорная, великих жертв стоящая подготовка.

    Признать диктатуру пролетариата, это значит: решительный, беспощадный и главное – вполне сознательный, вполне последовательно проведённый в жизнь разрыв с оппортунизмом, реформизмом, половинчатостью, уклончивостью II Интернационала; - разрыв с вождями, которые не могут не продолжать старой традиции, со старыми (не по возрасту, а по приёмам) парламентариями, чиновниками профессиональных союзов, кооперативов и т. п.

    С ними надо рвать. Их преступно жалеть: это значит предавать из-за мизерных интересов десяти или ста тысяч коренные интересы десятков миллионов рабочих и мелких крестьян.

    Признать диктатуру пролетариата, это значит: коренным образом переделать повседневную работу партии, спуститься вниз, к тем миллионам рабочих, батраков и мелких крестьян, которых нельзя спасти от бедствий капитализма и войн без Советов, без свержения буржуазии. Разъяснять это конкретно, просто, ясно, для массы, для десятков миллионов, им говорить, что их Советы должны взять всю власть, их авангард, партия революционного пролетариата должна руководить борьбой, - вот что такое диктатура пролетариата” (ПСС, т.40, с.135-136).

    Не хотят слышать в нынешних компартиях слова Ленина, которые не потеряли свою актуальность и XXI веке.

    Высказывание Лигачёва изобилует фразами типа: “власть трудящихся”, или применяется выражение “власть громадного большинства”.

    На X съезде РКП (б) Ленин говорит в своём докладе следующее:

    “Маркс и Энгельс беспощадно боролись с людьми, которые забывали о различии классов, говорили о производителях, о народе или о трудящихся вообще. Кто сколько-нибудь знает произведения Маркса и Энгельса, тот не может забыть, что через все эти произведения проходит высмеивание тех, кто говорит о производителях, о народе, о трудящихся вообще. Нет трудящихся вообще, или  работающих вообще, а есть либо владеющий средствами производства мелкий хозяйчик, у которого вся психология и все навыки жизни капиталистические, - которые и не могут быть другими, - либо наёмный рабочий, с совершенно иной психологией, наёмный рабочий в крупной промышленности, стоящий в антагонизме, в противоречии, в борьбе с капиталистами”. (ПСС, т.43, с.100-101).

    И этого не видят, не замечают Лигачевы и компания.

    Далее, Лигачев пишет:

    “Дело в том, что в обществе происходит пролетаризация не только рабочего класса, но и нищающей трудовой интеллигенции, а большинство крестьянства связало свою судьбу с коллективным ведением хозяйства. В таком случае власть трудящихся, опирающаяся на более широкую социальную базу, возможна в другой форме, нежели диктатура пролетариата”.

    Во-первых, власть трудящихся – это абсурд, такой власти просто нет, как это уже рассматривалось выше.

    Во-вторых, что же эта за форма такая

    По-видимому, так и не усвоив, в чём состоит сущность государства, где понимается власть класса, либо буржуазии, либо пролетариата, у Лигачёва же, размытое, удобное понятие «власть трудящихся», за которым скрывается всё та же знакомая нам власть, и где есть красные знамёна и даже “восстановление” социализма.

    Не понял Лигачёв до сих пор, что социализму не приемлемы понятия, построение, уничтожение, восстановление. Социализм – это исторический продукт развития самой цивилизации, и является, в конечном итоге, совокупностью общественных отношений, соответствующий определённому способому производства. 

    Лигачёвская форма – это знакомая любому марксисту «форма правления» Каутского.

    Ленин с такими «теоретиками» не церемонился:

    “Путаете, безбожно путаете, господин «путаницы советник»! Диктатура не есть «форма правления», это смешной вздор. И Маркс говорит не о «форме правления», а о форме или типе государства. Это совсем не то, совсем не то. Совершенно неверно также, что не может управлять класс: такой вздор мог сказать только «парламентский кретин», ничего не видящий, кроме буржуазного парламента, ничего не замечающий, кроме «правящих партий». (ПСС, т.37, с.250).

    Круто, как сегодня говорят, но сам человек виноват, нарвался на неприятность!

    Ещё в 1924 году И. В. Сталин, любимец КПРФ, провозгласил, что «сохранить победу и двинуться дальше к окончательной победе социализма революция уже не в состоянии, если она не создаст на известной ступени своего развития специального органа в виде диктатуры пролетариата, в качестве своей основной опоры».*

    * Сталин И. В. Вопросы ленинизма. М.: Госполитиздат, 1952. с.27.

    Комментировать приведённую фразу «великого марксиста», после написанного выше, вряд ли стоит, а вот о последствиях для советских людей, в результате деятельности этого «органа»  от имени пролетариата в руках Сталина и его окружения, мы знаем из истории.

    Становится понятным и следующее высказывание Лигачёва:

    “К тому же в программных документах всех компартий предусмотрено установление власти Советов трудящихся. И если на то будет воля народа, при необходимости Советы могут стать государственной формой диктатуры трудящихся. Повторяю, власть громадного большинства вправе подавить в соответствии с законом сопротивление тех, кто бросил людей труда на дно бедности и бесправия”.

    Значит, «установление власти Советов трудящихся», кем-то уже, «предусмотрено»!

    А «Советы могут (вот, спасибо!) стать государственной формой диктатуры трудящихся»!

    Да,… если будет «необходимость»!

    И, что это за “власть громадного большинства”? Что это за политический коктейль в классовом обществе?

    Ну, хорошо, пусть так, как пишет  Лигачёв, что была «власть трудящихся». Куда же она испарилась? Как это понимать? Ведь власть трудящихся – это не просто власть большинства, где меньшинство   даже думать не смеет о свержении власти большинства, т. к. эта власть абсолютная.  Власть, выше которой, ничего в природе не существует, власть, которая выражает коренные интересы большинства, власть, которая за ¾ века могла создать такие «железобетонные» основы в государстве, где народ в большинстве своём, окончательно убедился, почувствовал, что такая власть, всё равно, что та рубаха, которая ближе всего к телу, и, которую народ будет защищать её так, что никому мало не покажется. Вспомните, как буржуазия защищала, и будет защищать награбленное, считая это своим, а трудовому народу и подавно, как говорят в народе, сам бог велел защищать своё, ибо оно действительно создано его трудом. А что получилось? А кто-то просто, представляющие меньшинство, без особого возражения, якобы господствующего большинства, отбирает эту власть у большинства?

    В том то и дело господа, что власти большинства в СССР, увы, не было.

    Что же произошло в 1991-м? А всего лишь рокировка в верхних эшелонах власти, где те же самые, чтобы сохранить свою власть, пошли на преступления, на которые и способна буржуазия – это уничтожение производительных сил страны (классический способ выхода из экономических кризисов), и где для этого нужен был ещё и раздел страны.

    Т. о., «восстановление и удержание власти трудящихся» это снова власть Лигачёвых и Ко, но не власть пролетариата, а перечисленные т. н. факторы – это разговор о чём угодно, но только не о классовой борьбе. А неосторожное высказывание относительно нежелания буржуазии “поделиться” с трудящимися, а также “заниматься их социальными нуждами” выдаёт Лигачёвых с головой. Не пролетариат осуществлял своё господство в прошлом, а господа Лигачёвы, которые “делились” с трудящимися и “занимались их социальными нуждами”. Поэтому эти господа из кожи вон лезут, чтобы именно «мирным путём» влезть в буржуазный парламент, чтобы снова встать над пролетариатом. А там, на буржуазных харчах, сколько угодно можно поговорить о несчастьях народа, раскрывая народу глаза на то, как народу плохо живётся. Не на собственной шкуре, оказывается, народ в этом убеждается, а лишь благодаря, страдающим за народ “борцам”, находящимся на содержании буржуазии. Если проанализировать публикации в ”левой” прессе за 20 лет, то выступает в концентрированном виде лишь то, что во власти сидят такие то сволочи, и которые, в свою очередь, довели народ до такого несчастья. Вот такой, “марксизм”!

    И в завершении этого вопроса, обратимся снова к Ленину:

    “Маркс всю жизнь больше всего боролся против иллюзий мелкобуржуазной демократии и буржуазного демократизма. Маркс больше всего высмеивал пустые слова о свободе и равенстве, когда они прикрывают свободу рабочих умирать с голоду, или равенство человека, продающего свою рабочую силу, с буржуа, который будто бы на свободном рынке свободно и равноправно покупает его труд и т. п. Маркс во всех своих экономических произведениях выяснял это. Можно сказать, что весь «Капитал» Маркса посвящён выяснению той истины, что основными силами капиталистического общества являются и могут являться только буржуазия и пролетариат: - буржуазия как строитель этого капиталистического общества, как его руководитель, как его двигатель, - пролетариат как его могильщик, как единственная сила, способная сменить его. Едва ли найдётся хоть одна глава, в каком бы то ни было сочинении Маркса, которая не была бы посвящена этому”.

    И далее: “Только диктатура одного класса – пролетариата – может решить вопрос в борьбе с буржуазией за господство. Победить буржуазию может только диктатура пролетариата. Свергнуть буржуазию может только пролетариат. Вести за собой массы против буржуазии может только пролетариат”. (ПСС, т.38, с. 188-189).

     

    “Кто ждёт «чистой» социальной революции, тот никогда её не дождётся. Тот революционер на словах, не понимающий действительной революции”. (ПСС, т.30, с.54).

    Революционные преобразования неизбежны. Они диктуются самим ходом развития. Пролетариат, по мере роста, а это прямо пропорционально росту капитала, а также по мере становления и осознания себя, как класса, востребует и свою политическую организацию, представляющую свои классовые интересы. Появятся и свои вожди, но в этой организации не будет места ни Зюгановым, ни Лигачёвым.

     

    Владимир Митител.

    Июль, 2011г.

    Новости партнеров

    Комментировать

    осталось 1185 символов
    пользователи оставили 1 комментарий , вы можете свернуть их
    Валентин Левин # написал комментарий 22 мая 2012, 08:16

    Эта статья лишний раз показывает губительность классовых ошибок Маркса-Энгельса-Ленина для коммунистического движения.
    Самым антикоммунистическим произведением мировой литературы был "Манифест коммунистической партии", изданный в 1848 году и навязавший классовые идеалы капиталистической внутрифабричной конторы мировому коммунистическому движению: ссылка на www.proza.ru

    • Регистрация
    • Вход
    Ваш комментарий сохранен, но пока скрыт.
    Войдите или зарегистрируйтесь для того, чтобы Ваш комментарий стал видимым для всех.
    Код с картинки
    Я согласен
    Код с картинки
      Забыли пароль?
    ×

    Напоминание пароля

    Хотите зарегистрироваться?
    За сутки посетители оставили 503 записи в блогах и 4218 комментариев.
    Зарегистрировалось 108 новых макспаркеров. Теперь нас 5032109.