Шахиншах... 31 год тому назад в Иране была свергнута 2500-летняя монархия

    Самарянка realis перепечаталa из www.ei1918.ru
    2 оценок, 4149 просмотров Обсудить (1)

    В феврале 2010 года исполнился 31 год со дня свержения с престола Шахиншаха Ирана Мохаммеда Реза Пехлеви. С тех пор с лёгкой руки сторонников победившего исламистского режима принято считать, что последний Шах был марионеткой США, политикой не занимался и довёл свой народ до нищеты и революции. На самом деле это не более чем миф. Шах Мохаммед был выдающейся личностью и незаурядным политиком. В сложной политической ситуации второй половины ХХ века ему приходилось лавировать между двумя сверхдержавами США и СССР, отстаивая при этом национальные интересы своей страны. Именно при Шахе Иран достиг больших успехов в области социального развития, намного улучшилось благосостояние иранского народа, были дарованы избирательные права крестьянству, была заложена иранская ядерная программа. Наверное, далеко не всё, что делал последний Шах было правильным. Но главная и отличительная черта его величества, как и любого истинного монарха, было отеческое отношение к своему народу. Это особенно проявилось в 1979 году, когда Шах отказался от массовых жертв при подавлении мятежа и предпочёл уехать из страны, чем царствовать на крови своих подданных. Победившие фундаменталисты таких условностей не испытывали.

    Последний Шах Ирана Мохаммед Реза Пехлеви родился 27 октября 1919, в Тегеране. Его отец, шах Реза-хан, был сыном солдата-конвоира и грузинки, чья семья во время русско-персидской войны 1828 года бежала в Персию. В юности Реза-хан был зачислен в казачью персидскую бригаду. Эта бригада была сформирована в 1882 году повелением русского Императора Александра II по просьбе Насер-эд Дин-шаха из династии Каджаров, который при посещении Санкт-Петербурга был восхищён видом русских казаков. В Иране была сформирована бригада из шести полков и артиллерийской батареи. Бригада номинально подчинялась персидскому военному министру, непосредственное руководство осуществлял русский посланник в Тегеране на основании инструкций Военного министерства России. Бригада подчинялась лично Шаху и быстро стала важной опорой его власти. Реза-хан поступил в бригаду солдатом денщиком у русского офицера, а дослужился до генерала. До конца своих дней Реза ходил в русской форме и считал её лучшей в мире. Интересно, что в его бригаде служило много русских казаков-стараобрядцев, которые называли своего командира не иначе как «царь-батюшка».

    В 1916 году Реза-хан становится командиром Казачьей бригады. В феврале 1921 года Реза организовал военный переворот, отстранил от власти выродившуюся тюркскую династию Каджаров, последний представитель которой Ахмад-Шах не проживал в Персии. Этим переворотом Реза фактически сорвал планы Англии учредить над Персией протекторат. В декабре 1925 года послушное Учредительное собрание провозгласило Реза-хана Шахом новой династии Пехлеви. Сын нового Шаха шестилетний Мохаммед стал наследником персидского престола.

    Мохаммед получил частное образование в Иране, потом учился в колледже Ле-Росей в Швейцарии. В мае 1937 он вернулся в Тегеран блестяще образованным человеком. В отличие от своего отца, Мохаммед в совершенстве владел несколькими европейскими языками, прекрасно знал историю, хорошо разбирался в финансах и экономике.

    В юности принц Мохаммед практически не занимался государственными делами. Авторитарный и волевой отец не допускал в эту сферу никого. Однако в 1941 году безмятежное время для Мохаммеда закончилось. Дело в том, что Реза-Шах в 20-е-начале 30-х годов лавировал между СССР и Великобританией. Приход в 1933 году в Германии к власти А. Гитлера, Шах воспринял как благоприятный знак. Арийская теория фюрера увлекала его. Именно под впечатлением от нацистской легенды об арийской расе господ, Реза Пехлеви приказал именовать свою страну не Персией, а Ираном, то есть «страной ариев».

    В начале 1938 г. в Иране вышла книга «Гитлер». Её составитель – Вахид Мазендерани с первых слов этого сочинения обозначил свое восторженное отношение к «фюреру германской нации». Примерно в это же время другой иранский деятель Джехенсув написал восторженную книгу «Мысли Гитлера».

    Фюрер не остался в долгу и называл иранского Шаха «нашим главным союзником на Среднем Востоке». В Германии с согласия Гитлера вышла книга Г. Мельцига, в которой не только восхвалялись личные качества иранского монарха, но проводились параллели между Реза-Шахом Пехлеви и фюрером нацистов.

    После нападения Гитлера на Советский Союз в июне 1941 г., стратегическое положение Ирана обрело жизненно важное значение, как для союзников, так и для стран «оси»». Германия активизировала свою деятельность в Иране, создав на его территории агентурную сеть под руководством опытнейших разведчиков и диверсантов. Советское правительство в создавшейся обстановке трижды (26 июня, 19 июля и 16 августа 1941 г.) предупреждало правительство Ирана о враждебной Советскому Союзу деятельности германской агентуры. Согласно советско-иранскому договору от 26 февраля 1921 г. предусматривалась возможность ввода советских войск в Иран (ст.6 договора закрепляла такое положение, если со стороны третьих государств будут иметь место попытки превратить Иран в военный плацдарм против СССР).

    Правительство Великобритании также предупредило иранское руководство о необходимости немедленной ликвидации немецкой разведки в стране.

    Однако на самом деле, главная причина вступления советских войск в Иран была вызвана вовсе не германской, а английской экспансией. Германских войск в Иране ещё не было и когда они должны были туда прибыть никто не знал, а вот англичане такое вторжение готовили. Лондон готовил переброску в регион до 750 000 солдат. Причём главной их целью было не обеспечение поставок в Советский Союз, как было официально заявлено, а подготовка оккупации советского Кавказа в случае взятия немцами Москвы.

    25 августа 1941 г. иранскому правительству были вручены ноты советского и английского правительств о вводе войск союзников на территорию Ирана. В тот же день советские войска вступили в Северный Иран. Одновременно в южную часть Ирана вступили английские войска. 25 августа Реза-Шах отдал приказ оказать сопротивление союзным войскам. Но боеспособность иранских войск оказалась крайне низкой, началось поголовная сдача в плен, планы призывы резервистов были сорваны. Военный министр генерал Нахджевани приказал прекратить сопротивление. 8 сентября 1941 года было подписано соглашение, которое определило расположение союзнических войск на территории Ирана, Тегеран высылал из страны всех граждан Германии и ее союзников, обязался не препятствовать и оказывать содействие транзиту военных грузов из Англии в Россию, придерживаться строго нейтралитета, и воздерживаться от шагов, могущих повредить делу борьбы с фашизмом. Соглашение вступило в силу с 9 сентября 1941 года.

    Великобритания старалась создать на территории Ирана подконтрольную ей администрацию. Единственным препятствием на пути англичан был Шах Реза Пехлеви. Пока Шах продолжал сохранять свою власть, англичане не могли чувствовать себя хозяевами в Иране. По этой причине англичане хотели сменить Шаха.

    С этим предложением Криппс явился на встречу к В. М. Молотову 12 сентября 1941 года. Он хотел узнать мнение советского руководства о возможности сменить Реза-Шаха. В качестве альтернативы предлагалось создать регентский совет и выбрать нового наследника из Каджарской династии.

    СССР решил не препятствовать Великобритании. Основные задачи Советского Союза в этом регионе на тот момент были выполнены. И СССР предпочел не ссориться со своим союзником.

    Таким образом, инициатива по смещению Реза-Шаха полностью исходила от англичан. Единственный вопрос, в котором посол А. А. Смирнов проявил настойчивость – выбор будущего правителя. Каджарская династия оказалась бы марионеткой в руках англичан, да и не вызвала бы поддержки среди масс населения. Лондон согласился на компромиссную фигуру молодого и неопытного наследника Мохаммеда Резу. Информируя Москву о происшедшем разговоре, Смирнов «получил указание поддерживать позицию англичан, которые к тому времени склонились к возведению на трон сына Реза-шаха».

    6 сентября 1941 г. Реза Пехлеви отрёкся от престола в пользу своего сына.

    Наследник Мохаммед Реза Пехлеви был провозглашён Шахом. Ему был 21 год. 17 сентября 1941 г. советские и английские войска вступили в Тегеран.

    В середине октября 1943 года Шах Мохаммед Реза Пехлеви посетил советский гарнизон, дислоцированный в Мешхеде. Молодой монарх остался очень доволен встречей с советскими офицерами. На приеме, устроенном в его честь, Шах заявил «о своей симпатии к Советскому Союзу и Красной Армии». Шах с уважением относился к Советскому Союзу, высоко оценивал советскую военную технику, особенно боевые самолеты, на которых сам летал не хуже первоклассных пилотов. Советская разведка докладывала в центр, что иранский монарх, это политик, который будет добиваться полной независимости Ирана и намерен поддерживать взаимовыгодные дружественные отношения с Советским Союзом.

    Во время встречи в Тегеране большой «тройки» молодой Шах встретился с Ф.-Д. Рузвельтом, У. Черчиллем и И. В. Сталиным. Маршал дальней авиации А. Е. Голованов вспоминал: «По прибытии глав трёх держав в Тегеран шах Ирана попросил аудиенцию у Черчилля и Рузвельта для приветствия гостей. Прибыв в английское посольство, он довольно долго прождал, пока вышел к нему Черчилль. Ожидание Рузвельта было менее долгим и, наконец, раздался телефонный звонок в наше посольство с вопросом, когда его превосходительство Сталин может принять шаха Ирана. В посольстве попросили обождать, чтобы согласовать время визита. Довольно быстро был получен ответ, который гласил: «Глава советской делегации спрашивает, когда шах Ирана найдёт время и сможет его принять?» Звонивший в посольство несколько растерянным голосом сказал, что его не так поняли, что шах Ирана спрашивает, когда он может приехать к Сталину. Однако последовал ответ, что его поняли правильно, и Сталин именно спрашивает о том, когда шах Ирана может его принять. Звонивший сказал, что должен об этом доложить шаху. Через некоторое время последовал звонок и посольству сообщили, что если правильно поняли и И. В. Сталин действительно хочет навестить шаха Ирана, то шах будет его ждать в такое-то время.

    В точно назначенный час товарищ Сталин был у шаха Ирана, приветствовал его и имел с ним продолжительную беседу, чем подчеркнул, что всякий гость должен отдать дань признания хозяину, посетить его и отблагодарить за оказанное гостеприимство.

    Вопросы внимания вообще, а на Востоке в особенности, имеют определённый смысл и значение. Шах был тогда весьма молод, увлекался авиацией и получил в подарок от нас лёгкий самолет. Личное посещение его Сталиным ещё больше укрепило те дружеские отношения, которые впоследствии многие годы существовали между нашими государствами. Поистине, казалось бы, незначительный случай, а по сути дела – политика, и немалая...».

    Советский разведчик Г. А. Вартанян, который находился тогда в Тегеране, вспоминал: «Я видел Сталина с расстояния 5 метров, когда он поехал с Ворошиловым и Молотовым в Шахский дворец поблагодарить Шаха Ирана Мухаммеда-Реза-Пехлеви за гостеприимство. Это был очень умный и важный шаг, который имел тогда большой резонанс в иранском обществе. Ни Рузвельт, ни Черчилль этого не догадались сделать. Шах, конечно, был тронут таким жестом внимания со стороны Сталина. Когда Сталин вошел в тронный зал, шах вскочил, подбежал и упал на колени, чтобы попытаться поцеловать его руку. Но Сталин наклонился и поднял шаха, не дав ему поцеловать свою руку».

    После встречи с Шахом Сталин дал следующие указания: «Шах и его ближайшие помощники запуганы английским влиянием, но придерживаются нашей ориентации, что нужно поддерживать, поощрять их намерения и подтверждать нашей работой…». Сталин сказал, что он предполагает дать иранцам около 20 самолетов и такое же количество танков, что нам нужно подбирать иранские кадры, которые бы мы готовили сами».

    Кстати, хорошие отношения между Сталиным и Шахом Мохаммедом Резой сохранялись и после войны. В 1951 году Сталин прислал на свадьбу Шаха и принцессы Сораи норковую шубу и телефон, инкрустированный чёрными бриллиантами.

    Однако личные хорошие отношения не отменяли существенных противоречий между двумя странами. После Второй Мировой войны сталинский СССР предпринял ряд действий направленных на отчленение от Ирана его северных территорий. Зимой 1945 года Восточном Курдистане, а именно в нейтральной зоне в Мехабаде, советскими агентами была создана Демократическая партия Иранского Курдистана (ДпИК). 24 января 1946 года руководство ДпИК провозглашает автономную Мехабадскую республику.

    В середине апреля 1945-го Кази Мухаммед направился в Тебриз, столицу Автономной Республики Азербайджан (провозглашенной 12 декабря 1945), и заключил соглашение о сотрудничестве. Две национальные окраины, по замыслу Москвы, должны были совместными усилиями освободиться от власти иранского Шаха. Кульминацией этих центробежных усилий стало провозглашение 29 апреля 1946 года независимой Курдской республики со столицей в Мехабаде. Президентом стал Мустафа Барзани.

    Тегеран прилагал массу усилий, чтобы восстановить свое влияние в границах государства. Шах Мохаммед Реза Пахлеви обратился в Совет Безопасности ООН с просьбой организовать двусторонние переговоры между СССР и Ираном. В ходе этих переговоров, советская сторона настаивала на продлении срока пребывания группировки советских войск в Северном Иране на неопределенный срок, а также контрольный пакет акций совместной нефтяной кампании, которую предполагалось создать. Переговоры сорвались.

    21 марта 1946 года президент США Г. Трумэн заявил о намерении послать в Иран части морской пехоты, а через три дня СССР заявил о выводе войск в течение шести недель.

    В апреле 1946 года вооруженные силы автономного Азербайджана начали наступление на Тегеран, но успеха не добились. В первой половине мая 60-тысячный контингент советских войск был выведен из Ирана.

    Минимизировав советское вмешательство, Шах начал решительные действия по восстановлению своей власти на всей территории Ирана. В ноябре-декабре 1946 года шахские войска начали наступление на автономные Курдскую и Азербайджанскую республики. Тебризское правительство быстро пало, сопротивление курдских отрядов продолжалось до середины 1947 года, не смотря на переход части племенной знати на сторону Шаха.

    4 февраля 1949 г. террорист стрелял в монарха и нанёс ему серьёзное ранение. В Иране было введено военное положение, запрещена деятельность подрывных организаций. Популярность Шаха резко возросла.

    В 1951 году для Шаха начались первые серьёзные испытания внутри страны. Премьер-министр Ирана Мохаммед Моссадык принял решение о национализации иранской нефтяной индустрии, которую контролировала Англо-Иранская Нефтяная Компания (АИНК). Таким образом, оказались ущемлены экономические интересы Великобритании. В марте 1951 года акт о национализации Англо-иранской нефтяной компании был проведен через меджлис. За этим последовало народное ликование, и резкое сокращение доходов от продажи нефти, так как именно Англия была ее главным потребителем. Моссадык разорвал дипломатические отношения с Лондоном и стал требовать от Шаха чрезвычайных полномочий. Мохаммед Реза сначала пытался возражать и один раз даже уволил премьера, но почти тут же вынужден был его восстановить в должности – после массовых волнений в Тегеране и других городах.

    Премьер между тем все больше опирался на радикальное шиитское духовенство во главе с аятоллой Кашани и компартию Ирана, которая получала директивы из Москвы. На самом деле Моссадык не испытывал глубокой симпатии к коммунистической партии. Тем не менее, он проводил политику сотрудничества с марксистскими движениями, которые бурно демонстрировали ему свою поддержку. Моссадык провёл ряд социалистических законов через меджлис и начал аграрную реформу, законодательно запретив крупное частное землевладение.

    В Вашингтоне и Лондоне стали не без оснований опасаться, что Иран перейдет в число стран-сателлитов СССР и начали подготовку к свержению Моссадыка, который к тому времени стал вести себя как диктатор. Он распустил парламент и провел референдум, на котором 99% проголосовали за наделение его чрезвычайными полномочиями.

    В августе 1953 года Шах фактически перестал контролировать ситуацию и был вынужден под давлением премьера уехать в Италию «на неопределенный срок». Великобритания и США к этому времени уже обеспечили деньгами и поддержкой монархистов и всех тех, кому не нравились клерикалы и коммунисты.

    В Вашингтоне и Лондоне решили, что Мосаддык готовит «советизацию» Ирана, поэтому ЦРУ и британская разведка MI5 провели операцию по свержению Моссадыка. В Иране начались народные волнения, где столкнулись монархисты, поддержанные США и Великобританией, и сторонники Мосаддыка. В 1953 году произошел государственный переворот, организованный военными при поддержке ЦРУ. Операция получила кодовое название «Аякс». Шах издал приказ об освобождении Мосаддыка с поста премьера, но Мосаддыку уже успел кто-то сообщить о нём. Мосаддык арестовал офицера, доставившего приказ, и запустил механизм свержения шаха. Генерал Фазлолла Захеди, преданный и верный сторонник Шаха, провёл пресс-конференцию, на которой раздал фотокопии приказа Шаха об освобождении Мосаддыка с поста премьер-министра. 19 августа армия перешла на сторону монарха. После столкновений, продолжавшихся несколько часов, власть перешла к сторонникам Шаха. Мосаддык и ряд министров были арестованы. Шах с триумфом вёрнулся в Тегеран и утвердил правительство генерала Ф. Захеди.

    Моссадык до конца своей жизни (он умер в 1967 году), отсидевший три года по обвинению в государственной измене, жил в собственном поместье под домашним арестом.

    После ареста Моссадыка, Шах в 1955 году при помощи американских, французских и израильских специалистов начал формировать секретные структуры началось. В октябре 1957 года было создано министерство государственной безопасности САВАК (абривиатура от персидского «Sazeman-e Ettela'at va Amniat-e Keshvar»).

    САВАК довольно быстро превратилась в эффективное секретное агентство внутренней безопасности, первичная цель которой состояла в том, чтобы устранить угрозы монархическому строю. САВАК представляла собой тайную политическую полицию и военную разведку в одном лице. В дополнение к внутренней безопасности задачи обслуживания простирались на наблюдение иранцев (особенно за студентами на правительственных стипендиях) за границей. Иранская госбезопасность была весьма многочисленной (15 000 сотрудников, по некоторым данным число сотрудников достигало 60 000, включая осведомителей). В США и Европе любили рассказывать леденящие кровь ужасы про пытки в застенках САВАК. Говорили, что в этих застенках за 22 года существования иранской госбезопасности было замучено чуть ли не 300 тысяч иранцев. Что же Иран страна восточная и наверняка шутить в СОВАК не любили. Однако, согласно недавним исследованиям политического историка эпохи Шаха Ерванда Абрамяна от рук САВАК погибло всего несколько сот оппонентов Шаха.

    То же самое говорит лидер иранской оппозиционной эмиграции Мехрдад Хонсар: «за все 37 лет правления Мохаммада Резы число жертв едва ли достигло пятисот. Да и то никакого списка имен даже муллы представить не смогли. При исламистском режиме десятки тысяч были официально казнены только в первые два года после прихода Хомейни к власти в 1979 году».

    Вернувшись в Иран, Шах восстановил нормальные отношения с Лондоном и Вашингтоном, объявил отмене национализации нефтяной промышленности, но АИНК, которую переименовали в компанию Бритиш Петролеум, полностью англичанам не отдал. После возвращения Шаха БИ-Пи стала владеть только 40%: большая часть средств от добычи нефти стала оставаться в Иране. Более того, спустя семь лет после свержения Моссадыка Иран стал одним из учредителей Организации стран-экспортеров нефти (ОПЕК), отношения с которой у Запада до сих пор складываются весьма непросто.

    В начале 60-х годов Мохаммед Реза Пехлеви приступил к так называемой «белой революции» – реформам в аграрном секторе, промышленности и образовании. Важнейшей реформой была аграрная, проведенная в несколько этапов и ликвидировавшая остатки феодализма в деревне. В первой половине 1960 гг. площадь землевладения ограничивалась землями одной деревни, а остальные передавались безземельным крестьянам в рассрочку на 15 лет. В начале 1970 гг. государство создавало условия для кооперативного движения и для крупных зерноводческих хозяйств на государственных землях. В целях общекультурного подъема села туда были направлены добровольцы-военнообязанные из Корпусов просвещения и здравоохранения.

    Крестьянам-издольщикам были распроданы земельные участки, на которых они работали и которые ранее принадлежали шахскому двору и государству. В начале и середине 1960-х годов крупных помещиков обязали продать или сдать в аренду издольщикам большую часть своих земель, а на оставшихся площадях развернуть сельскохозяйственное производство.

    К декабрю 1973-го цены на нефть за два месяца взлетели в четыре раза. В иранскую казну вливалось теперь ежегодно не пять, а 20 миллиардов долларов. Шах решил воспользоваться этим и превратить Иран в полностью независимую могучую державу.

    Период «Белой революции» характеризуется быстрыми темпами промышленного роста благодаря политике реформ, проводимой Шахом. Валовой национальный продукт на душу населения увеличился за 1963 – 1978 гг. со 100 долл./год до 1521 долл. Темпы прироста промышленного производства составляли 8,8% в год в 1962-1968 гг., 11,5% в 1969-1972 гг., 26% в 1973-1978 гг.

    Шах Мохаммед Реза Пехлеви хотел возродить могущество своей страны, используя её богатейшие нефтяные запасы, и много добился в этом направлении. Благодаря, в значительной мере, политике Шаха, сегодняшний Иран – один из главных в мире производителей нефти, которая составляет почти восемьдесят процентов иранского экспорта и около половины его государственных доходов.

    По приказу и под руководством Шаха началась покупка у Запада технологий, радиоэлектроники, металлургических заводов. И прежде всего оружия. По оценке западных аналитиков за период с 1970-1975 гг. в Иран было поставлено вооружение на сумму 6,9 млрд. долл. В 70-е Иран в целях ослабления зависимости от импорта начинает успешно развивать свою оборонную промышленность. Именно в начале 70-х, в Иране создается фирма «Грумман-Иран прайвит компании» по сборке истребителей Ф-14, одновременно в г. Шираз строится завод по выпуску ЗУР Рапира (Англия) и УР Мейверик (США). Совместная с Нортроп иранская фирма построили крупнейший авиаремонтный завод в районе аэродрома Мехрабат, там же французы построили вертолёторемонтный завод.

    Шах смог превратить свою армию в самую мощную по тому времени на Ближнем и Среднем Востоке. Численность личного состава иранских вооруженных сил возросла в 2,5 раза – с 161 тысяч человек в 1970 году до 415 тысяч в 1978 году.

    Значительно увеличился боевой состав Вооружённых Сил Ирана. Особенно глубокие изменения произошли в ВВС и ПВО. Так, если в 1970 году в стране насчитывалось три истребительно-авиационные базы, то в 1978 их число возросло до девяти. Более чем удвоилось количество эскадрилий тактической авиации, в четыре раза стало больше эскадрилий вспомогательной авиации.

    В целом боевой состав ВВС Ирана вырос более чем в два раза. В начале 1970 гг. шахский Иран обладал вторым по величине (после Израиля) парком боевой авиационной техники на Ближнем Востоке и считался серьезным военным противником даже для СССР.

    Произошли изменения и в боевом составе сухопутных войск: возросло число бронетанковых дивизий, были организованы бригады ВДВ и специального назначения – «коммандос», создано командование армейской авиацией.

    Наряду с увеличением численности и ростом боевого состава соединений и частей наблюдалось заметное повышение их боевых возможностей.

    В результате крупномасштабных военных закупок за рубежом уже к концу 1970-х годов иранские вооруженные силы располагали мощным арсеналом современного по тем временам оружия и военной техники: танками «Чифтен», М-60, модернизированными М-47, легкими танками «Скорпион», а также бронемашинами «Фоке» и «Феррет», новейшими артиллерийскими системами, вертолетами огневой поддержки. ВВС и ПВО получили самую современную авиационную и ракетную технику.

    Шахское командование уделяло большое внимание боевой подготовке личного состава своих вооруженных сил. Немалую роль в этом играли американские военные советники, инструкторы, технические специалисты. Их общее число в 1977 году достигло 7680 человек, из которых 1300 человек были кадровыми военнослужащими вооруженных сил США.

    Более того, значительная часть офицерского состава ВС Ирана прошла подготовку в военно-учебных заведениях США, Великобритании. Так в 1976 году в США обучалось 2865 иранских военнослужащих.

    Политика шахского руководства, направленная на наращивание военной мощи страны, принесла свои плоды: по многим показателям и характеристикам иранская армия вышла в число самых современных и наиболее хорошо оснащенных армий Ближнего и Среднего Востока.

    Вся армейская верхушка, включая все низшие чины Шахиншахской Армии были поставлены под строжайший и жёсткий контроль САВАК. Иранский монарх запретил всем генералам и офицерам своей армии собираться вместе без его ведома. Попытки захвата власти со стороны военных в Иране было практически сведено к нулю.

    Однако Шах развивал сотрудничество не только с западным блоком. Несмотря на заключение в 1959 году между Ираном и США военного соглашения, торговые отношения между СССР и Ираном не прерывались. СССР в 1966 году оказал Ирану помощь в строительстве металлургического и машиностроительного заводов и в прокладке газопровода. Основным объектом советско-иранского сотрудничества стал Исфаханский металлургический комбинат. Важное значение для обеих стран имела «сделка века» о поставке по Трансиранскому газопроводу иранского газа в Закавказье и аналогичного количества сибирского газа в Западную Европу по ирано-европейским контрактам, что открыло Тегерану «окно в Европу». Параллельно советско-иранскому сотрудничеству развивались связи Ирана со странами Восточной Европы, особенно с Румынией, имевшей излишние для нее мощности по производству нефтедобывающего оборудования.

    В 1960-1970 гг., когда недовольные стремительными темпами развития Ирана, западные государства отказались содействовать строительству базовых отраслей иранской промышленности, во внешней политике Шаха произошли существенные изменения и появились принципиально новые направления. Шах резко расширил масштабы экономического сотрудничества с социалистическими странами. Но Шах с понятным недоверием относился к советской внешней политике. Безумная политика Хрущёва делала ставку на советизацию Ближнего Востока, полностью игнорируя национальные интересы СССР. По существу речь шла о восстановлении большевистско-троцкистской внешней политики. После отставки Хрущёва эта политика была сильно изменена, в ней появилось гораздо больше прагматизма, но все равно ложные коммунистические идеологические установки продолжали в ней господствовать.

    В 1963 году, правительство Ирана, вслед за серией резких нападок советской прессы и московского радио на «оборонительный» пакт СЕНТО (бывший Багдадский) в связи с тем, что иран превращается в антисоветский плацдарм Соединённых Штатов, заявило, что Иран никогда не станет базой для нападения на северного соседа и не предоставит третьим странам права на создание ракетных баз на своей территории.

    Несмотря на это между двумя странами не только сохранялось напряжение, но кроме взаимных нападок в СМИ и по радио, велись настоящие бои, о которых обе стороны не считали нужным посвящать СМИ и общественность. Иранские самолёты неоднократно нарушали воздушное пространство СССР, а своетские МиГи и совершали полёты над пограничной зоной северного соседа.

    15 сентября 1962 года, Тегеран и Москва обменялись нотами с целью содействовать росту доверия. Иран заявил, что никогда не позволит иностранным государствам иметь ракетные базы на его территории.

    Летом 1963 года Л. И. Брежнев прибыл с визитом в Иран и должен был выступить в меджлисе (парламенте). В тот самый день, иранский разведывательный самолет вторгся в воздушное пространство СССР. Самолёт был перехвачен советскими истребителями и обстрелян на поражение. Тем не менее самолет-нарушитель дотянул до иранской территории и упал вблизи города Моменабада в 30 км от границы. Перед выступлением Л.Брежнева, среди депутатов меджлиса распространили записку о том, что советские истребители, только что сбили иранский гражданский самолет над территорией Ирана. В тот же день иранские вечерние газеты поместили сообщения об этом инциденте. Дипломаты, работавшие в отделе прессы, переводя эти сообщения возмущались их недружественным тоном.

    Л. И. Брежнева отложил выступление в меджлисе до выяснения обстоятельств случившегося. Однако иранские власти установили, что иранский самолёт вылетел в сторону советской границы без заявки и разрешения гражданских властей. После извинений шаха, Л. И. Брежнев выступил в иранском парламенте. Возвращаясь из Ирана, Брежнев сделал остановку в Ташкенте. В числе встречающих на аэродроме были и командующий войсками округа, и командующий части ПВО, сбившей самолёт-нарушитель. Л. И. Брежнев, отозвал их в сторону и сказал им:

    «Наши отношения с Ираном налаживаются. Так что, товарищи, прошу – будьте на границе поаккуратнее».

    Эта просьба выполнялась буквально долгое время.

    После визита Л. И. Брежнева в Иран, наметились улучшения в отношениях между двумя странами. Один из иранских политиков того времени вспоминает: «У Брежнева сложились неплохие отношения с Шахом. Есть даже снимок, на котором сын шаха, наследный принц Реза, сидит на плечах у Брежнева».

    В Иране в 1963 году, в честь Брежнева впервые появилась иранская почтовая марка с его изображением.

    В июне 1968 года было подписано межправительственное соглашения по предоставлению Ирану новых советских кредитов для создания промышленных и технических объектов.

    В октябре 1972 года, Шах Мохаммед-Реза Пехлеви нанёс визит в СССР. В Москве был подписан договор о развитии советско-иранского экономического и технического сотрудничества сроком на 15 лет.

    15 марта 1973 года было подписано соглашения об экономическом и техническом сотрудничестве между СССР и Ираном.

    Вслед за этим в Иран хлынули советские специалисты, оказывавшие техническую помощь ирану в строительстве промышленных объектов.

    Число советских специалистов в Иране достигло восьми тысяч человек и неуклонно увеличивалось. Рост их численности вводил в беспокойство правительства западных стран, тогда как Иран на международной арене продолжал оставаться сторонником их политики и в первую очередь политической линии Соединённых Штатов.

    Несмотря на это Шах по-прежнему относился с симпатией к советском людям. Достаточно сказать, что лечащим врачом шахини был врач советскою посольства в Иране В. Д. Иванов. Это был высококлассный специалист. Шах Мохаммед доверял только ему лично и ни под каким видом не желал расставаться с этим советским врачом.

    Шах несколько раз бывал в нашей стране. Умело используя «холодную войну», он сумел получить и от США, и от СССР максимальные выгоды для проведения в стране преобразований в различных областях жизни. 15 сентября 1972 года с огромной делегацией из 58 человек Мохаммед Реза Пехлеви со своей женой шахиней Фаррах прибыл в Воронеж. Между СССР и Ираном был заключён выгодный договор о поставках самолётов Ту в Иран. Бывал также Шах в СССР на отдыхе и лечении. Приезжал он и в Киргизские и Казахские края на охоту. Советские власти для него не пожалели даже специально выслеженного очень редкого туранского тигра.

    Шах Мохаммед Реза Пехлеви стремился поддерживать сбалансированные отношения с СССР, что выражалось и в достаточно значи тельном военно-техническом сотрудничестве. Фактически СССР с 1950-х и по конец 1970-х гг. играл одну из основных ролей в оснащении ВВТ иранских сухопутных войск.

    В шахский период из СССР в Иран поставлялись средние танки Т-55, легкие танки ПТ-76, боевые машины пехоты БМП-1, бронетранспор теры БТР-50ПК, БТР-60 и БТР-152, буксируемые 122-мм гаубицы Д-30, 152-мм гаубицы Д-20 и 130-мм пушки М-46, зенитные самоходные установки ЗСУ-57-2 и ЗСУ-23-4, самоходные ЗРК «Стрела-1М», ПЗРК «Стрела-2», ПТРК «Малютка», военные автомобили марок «ЗиЛ», «ГАЗ», «МАЗ», «КрАЗ» и «УАЗ», подвижные средства технического обслуживания и ремонта, инженерная техника (в том числе бронированная), средства радиосвязи и прочая техника. Для осуществления капитального и среднего ремонта поставленных из СССР артиллерийского вооружения и бронетанковой и автомобильной техники в 1973-1976 гг. вблизи Тегерана в соответствии с советско-иранским межправительственным соглашением советской стороной был сооружен большой заводской комплекс Бабак, который и по настоящее время остаётся основной ремонтной базой сухопутных войск Ирана. При советском содействии был сооружен и ряд других ремонтных предприятий и объектов военной инфраструктуры (в частности, в Исфахане и Ширазе).

    В 1967 году США дали Шаху атомный реактор мощностью 5 МВт. В 1974 создана «Организация по атомной энергии Ирана», которая разработала план строительства 23 ядерных энергоблоков стоимостью около 30 млрд долларов при поддержке США и западноевропейских государств. Программа была рассчитана на 25 лет. В середине этого года прозвучало публичное заявление Шаха:«Иран будет обладать ядерным оружием, без сомнения, раньше, чем некоторые полагают» – впрочем, под давлением США он позднее дезавуировал это заявление.

    В 1974 году Иран закупил во Франции и в ФРГ 4 атомных реактора. Западная Германия приступила к строительству двух блоков АЭС в Бушере.

    То есть шахский Иран был гораздо ближе к собственной ядерной программе уже в начале 70-х гг. ХХ века, чем исламистский режим начала века XXI. При этом Ирану никто не угрожал ядерной войной и не накладывал на него никаких санкций.

    Личная жизнь повелителя Ирана складывалась непросто. Первой его женой была дочь египетского короля Фуада I – красавица принцесса Фавиза Ширин. Второй супругой Шаха стала не менее красивая Сорейя Асфандияри, наполовину немецкого происхождения. Шах очень любил Сорейю, но был вынужден с ней развестись по той же причине, по которой он расстался с Фавизой: обе женщины не могли иметь детей. В 40 лет Шах женился в третий раз на персидской азербайджанке Фарах Диба, которая единственная из жён Шаха получила титул Шахбану (императрицы). От брака с Фарах у Мохаммеда родилось четверо детей, старшим из которых является нынешний Шах Ирана в изгнании Кир Реза Пехлеви.

    Шах Пехлеви принимал непосредственное участие в конфликтах на Ближнем Востоке, полагая, что Иран не может стоять в стороне от политических и иных процессов протекающих в регионе. В арабо-израильских войнах он не поддержал арабов. Иран – Восток, но не Арабский Восток. В глазах иранцев арабы остались варварами еще с 649 года, когда кочевники-бедуины уничтожили высокую персидскую культуру. А вот в конфликтах в Йемене и Омане открыто поддержал законную монархическую власть.

    Вообще же политика Шаха была направлена на обеспечение интересов своей страны. Шах Мохамед Реза Пехлеви стремился превратить Иран в страну, где передовые западные технологии совмещались бы с иранской культурой и традициями. Он понимал, что реализация этих проектов возможна только при политической и экономической поддержке развитых стран. Но к середине 70-х гг шахский Иран всё больше в перспективе становился соперником США. Шах стремился овладеть контролем над «керосиновой бочкой» планеты – Персидским заливом, что поставило бы мировую капиталистическую экономику в определенную зависимость от Тегерана. Создав самый сильный в мире флот на воздушной подушке, самую совершенную в третьем мире ракетную систему ПВО, превосходя по ВВС и вертолетному парку всех членов НАТО, кроме США, Иран добивался подавляющего контроля над важнейшей транспортной нефтяной артерией мира – Ормузским проливом.

    Во время переговоров с западными политиками Шах держался не просто на равных, но несколько отчуждённо, постоянно не давая забыть, кто он. Потомок одного из древнейших родов Европы, князь Шарль д'Аренберг поинтересовался у вдовы президента Франции Жоржа Помпиду, кто из властителей 1970-х был самым симпатичным, а кто – напротив. «Самым милым был Брежнев. Самым неприятным, ледяным – шахиншах Мохаммед Реза Пехлеви. Мы ужинали раз тридцать, и всегда он вел себя так, словно мы незнакомы».

    Пока Иран был слабым и целиком зависимым, Шах устраивал американцев. Когда же Иран стал ведущей державой Ближнего Востока – в Вашингтоне стали испытывать недовольство. На словах выражая полное одобрение шахскому режиму, американцы тайно установили контакты с либеральной антишахской оппозиции и главным врагом Шаха аятоллой Хомейни, находившемся в изгнании в Париже. В США постоянно проходили демонстрации в поддержку Хомейни, в его пользу собирались большие финансовые средства. Сам Хомейни вовсе не был всегда тем исламским радикалом, каким он предстал миру после победы революции 1979 года.

    Исламский теолог аятолла Мухсин Кадивар в 1998 году опубликовал свое исследование «Теории государства в шиитской юриспруденции». В нём он, среди прочего, детально проанализировал эволюцию политических воззрений Хомейни. Кадивар выделил, по меньшей мере, четыре Хомейни: Хомейни в Куме, Хомейни в Неджефе, Хомейни в Париже, и Хомейни, после революции. 1. В первый период Хомейни поддерживал модель конституционной монархии, заявляя, что богословы не могут управлять государством. 2. Во время своего пребывания в Неджефе (Ирак), он разработал пресловутую систему вилайат-е-факих, где богослов-законовед, мыслился как исполнитель предписаний шариата. 3. Оказавшись в Париже, он придумал «Исламскую республику», исключил весь фундаментализм и подписал черновик конституции, написанный по образцу французской, где были предусмотрены демократические свободы, пост президента, равенство мужчин и женщин, но отсутствовало любое упоминание роли духовенства. Именно директивы и записи выступлений «парижского Хомейни» активно распространялись в Иране, и привлекли на его сторону почти все слои населения, включая молодежь и даже значительную часть участников левацких движений. 4. Наконец, «четвёртый Хомейни», эра которого началась после победы революции, перечил всем трем предыдущим, считая себя назначенным Богом вождем, выполняющим волю Скрытого Имама, и отказался от любых ограничений собственной власти.

    Любопытно, что «парижского Хомейни» активно раскручивали определённые силы в Вашингтоне. Неслучайно, президент США Дж. Картер рекомендовал Шаху осуществить программу политической либерализации. в правительстве США появились люди, считавшие, что необходимо наладить контакты с противниками шаха, и принять меры для передачи власти оппозиционной коалиции.

    ЦРУ завело «иранское досье» в 1975 году, вскоре после подписания Алжирской декларации о мире между Ираном и Ираком. Дело в том, что шах без ведома Вашингтона пошел на кардинальное улучшение отношений с арабскими странами и заявил о своей готовности «выступить единым фронтом против американского заговора» с целью «раздробить единство ОПЕК и разрушить ее кровную связь со странами третьего мира». Тут же американская печать обвинила иранского руководителя в «преднамеренных и поспешных» действиях. Ряд высокопоставленных лиц администрации открыто высказал Шаху свое недовольство, подчеркнув при этом «необходимость консультаций с Америкой». Шах пообещал. Но он отнюдь не желал рвать с арабским миром, оставаться на обочине разрядки, нести клеймо «жандарма» Персидского залива.

    Началась «скрытая» антишахская кампания, в которую были вовлечены спецслужбы ряда арабских и европейских стран. В самом Иране создавалось антишахское подполье. Агентура ЦРУ без особого труда вербовала своих помощников как в гражданских ведомствах, так и в силовых структурах, включая департамент тайной полиции.

    Хомейни всегда противопоставлял модель чистого благочестивого народного исламского государства «развратному» и прозападному шахскому режиму. Безусловно, что внешне западный стиль жизни, который господствовал в иранском обществе при Шахе, давал этим утверждениям Хомейни лишние доказательства. В Иране ширилось убеждение, что Шах предал ислам, что он продал душу западному дьяволу. Чем больше силы безопасности расправлялись с оппозиционным духовенством и их сторонниками, тем больше в народе их почитали мучениками за веру.

    При реформировании страны Шах не учёл психологии собственного народа. Не могли истинные мусульмане, шииты по убеждениям, безропотно наблюдать за извращением, по их понятиям, вековых традиций. Индустриализация страны и связанные с ней издержки рассматривались ими как некая напасть, некий заговор нечистой силы, призванный вконец расстроить механизмы веры и пристойности. Постоянно в глубине сознания зрела потребность социального протеста. Она усиливалась по мере расширения репрессивных действий со стороны властей, а также под влиянием выраженной дифференциации общества. Шах не находил общего языка с официальными религиозными чинами. Те же выступали в качестве связующего звена между разрозненными антишахскими группировками, которые ратовали за различные методы борьбы и конечные цели, но были едины в своей ненависти к существующему строю. Армейские и флотские офицеры роптали на шаха за то, что каждый их шаг отслеживается спецслужбами и информаторами.

    Шах считал монархию сакральной формой власти. Однако его больше привлекал образ древней персидской монархии времён Дария и Кира Великого, чем исламские шахи. Даже своего сына Шах назвал не мусульманским именем, а древнеперсидским – Кир. В 1971 году Мохаммед Реза Пехлеви на месте древнего Персеполя отметил 2500-летний юбилей иранской монархии организовал. Были организованы грандиозные празднества, на которые были приглашены представители мировой элиты и аристократии. Шах, находившийся в зените своего могущества. 12 октября 1971-го у гробницы Кира, не были речью безродного самозванца: «Покойся с миром. Мы бодрствуем и будем бодрствовать всегда».

    Через 8 лет Шаху пришлось покинуть свою родину, а вслед за этим двухвековая персидская монархия исчезла под напором исламской революции. 9 января 1978 во время акции протеста в городе Кум солдаты, посланные разгонять демонстрантов, открыли по ним огонь. Погибло более 70 человек. В стране началось настоящее восстание. Демонстранты жгли кинотеатры и рестораны, захватывали и огораживали баррикадами целые городские районы. 8 сентября Шах объявил в стране чрезвычайное положение. 12 декабря на улицы Тегерана вышло более 2 миллионов человек. 16 января 1979 года Шах выехал из Ирана в «краткосрочный отпуск».

    Шах не бежал, он сознательно покидал страну. Накануне командование армией предложило ему безжалостно расправиться с народными выступлениями. Речь шла по-существу о гражданской войне и сотнях тысяч человеческих жизней. На это Реза Пехлеви ответил: «я не могу царствовать на крови своих подданных. Какую страну я передам своему сыну»?

    К рассвету, 11 февраля 1979 года, вся власть в Тегеране перешла к религиозной оппозиции. Было объявлено о свержении прошахского правительства и победе Исламской революции. В Тегеране после 4-часовой атаки штурмом была взята штаб-квартира САВАК. Десятки саваковцев несколько часов сдерживала наттиск многотысячной толпы, а когда у них кончились боеприпасы, революционеры ворвались в здание и учинили кровавую расправу над пленными сотрудниками тайной полиций.

    США, которые всегда уверяли Шаха в бесконечной преданности и готовности придти на помощь, предали монарха. В своих мемуарах посол США в Тегеране У. Салливан отмечал, что постепенно главный вопрос иранской политики Вашингтона трансформировался из того, как помочь шаху сохранить Иран, в то, как сохранить Иран без шаха.

    1 февраля 1979 года на любезно предоставленном Францией «Боинге» аятолла мирно приземлился в пригороде Тегерана. «С приездом, Хомейни! – ликовала миллионная толпа. – Имам для народа – это подарок Господа!» Изготовленные на Западе цветные транспаранты провозглашали Хомейни чуть ли не «двенадцатым имамом».

    Шах сначала прибыл в Египет. Здесь его здоровье резко ухудшилось. Давало знать смертельное онкологическое заболевание. На какое-то время Шах выехал на лечение в США. Но вчерашние друзья шарахались от него, как от зачумлённого, за его спиной шушукались о выдаче на расправу аятолле Хомейни, признавались, что боятся мести фанатиков. Шах снова вернулся в Египет, где и скончался 27 июня 1980 года. Последние слова Шахиншаха Мохамеда Реза Пехлеви были: «Я потерял свой народ».

    Мехрдад Хонсар, так оценил последнего Шаха Ирана: «Шах был исключительно работоспособным человеком. Он работал с восьми-девяти утра до девяти вечера. Он ставил перед собой задачу модернизации Ирана, превращения его в великую страну. Шах был авторитарным правителем, при нем были социальные и экономические свободы, но не было свободы политической. Я не принадлежал к его ближнему кругу. Но как личный секретарь министра иностранных дел я часто и близко его наблюдал. Он был серьезный человек, почти полностью лишенный самоиронии. Шах был достойным человеком, настоящим патриотом, любящим семьянином. Шах – трагическая фигура.Он много хорошего сделал для народа. С приходом исламского режима многие осознали, сколько хорошего он сделал».

    Комментировать

    осталось 1185 символов
    пользователи оставили 1 комментарий , вы можете свернуть их
    • Регистрация
    • Вход
    Ваш комментарий сохранен, но пока скрыт.
    Войдите или зарегистрируйтесь для того, чтобы Ваш комментарий стал видимым для всех.
    Код с картинки
    Я согласен
    Код с картинки
      Забыли пароль?
    ×

    Напоминание пароля

    Хотите зарегистрироваться?